- Едва ли. А вот науку жизни он знает!.. И тайны царей - тоже!.. Да еще ум ему боги дали не такой, как у нас!.. Он далеко видит!.. Богатырь ума!
Дремавший Зенон открыл сперва один глаз, потом другой и посмотрел на собеседников. Он влил в себя не один фиал вина и находился в состоянии блаженства.
- Ты не глуп, князь,- прохрипел он,- но сказал не всё!.. Чтобы стать царем, мало быть богатырем ума и иметь опыт жизни.
- А ну,- заинтересовался Атамаз,- что еще нужно?
- Очень много. Силу, характера, способных друзей, а главное счастье!
- А что такое счастье?
- Это удачное совпадение примет.
- Слышишь, князь,- обратился к Фарзою Пифодор,- Савмаку служит его счастье. А знаешь ли ты, что и твое счастье не умерло? Только оно ждет тебя в Скифии, где народ опять за мечи взялся. Скифы хотят прогнать понтийцев, а врагов твоих Дуланака и Гориопифа смерти предать. Казнить их, как изменников и предателей. И в народе не умерла добрая слава о многих князьях-богатырях и о тебе, преславный князь.
Фарзой нахмурился я сделал жест рукой, как бы отмахиваясь от мухи.
- Ты опять о своем, Пифодор,- с досадой ответил он.- Какое может быть счастье у беглого раба? Что, кроме насмешки и всеобщего позора, ждет его на родине? И какая может идти о нем добрая слава?.. Налей!
- Эх, сильна в тебе спесь княжеская,- вздохнул Пифодор, берясь за кувшин,- мучает она тебя! Привык ты считать раба за скотину. Значит, по-твоему, и Савмак не может быть царем, если носил ошейник? А ведь это не так! И раб может стать человеком, и хозяина легко сделать рабом. Я давно заметил, что среди господ и хозяев подлости и зверства куда больше, чем среди рабов. А насчет доброй славы - если не веришь, спроси своих соплеменников, они скоро будут у нас в гостях.
- Как так?
- А так, немирные сколоты, что начали войну с князьями-изменниками, сюда послов своих шлют, хотят с Савмаком в союз войти, подружиться!
- Да не врешь ли ты? - вскинул голову пораженный князь, расплескивая вино.- Сюда едут сколоты из степей?
- Едут! Отруби мне руку, если я соврал!
Трудно передать смятение, вдруг охватившее Фарзоя. Он уже слыхал, что боспорское восстание вызвало волну воодушевления среди племен Тавриды, что скифы не хотят жить под властью чужеземцев и предателей. Но что дело зашло так далеко - не знал. Мысли о родине, о делах неапольских и жажда мести будоражили его, не давали ему покоя. Но он старался залить их вином. И сейчас первым побуждением его было уехать куда-либо из Пантикапея, чтобы избежать встречи с земляками.
- Не говори мне об этом больше,- мрачно отрубил он, опять берясь за кружку,- я воин Савмака... Атамаз, пошли меня куда-нибудь подальше отсюда, где поопаснее!
- Царь Савмак решит, князь, что тебе делать и где быть,- уклончиво ответил Атамаз, наблюдая, как Фарзой наливает себе кружку за кружкой и пьет вино, как воду.
Синдида вышла на шум, донесшийся до ее чуткого уха. Когда она раскрыла дверь, гости тоже прекратили беседу, услышав возбужденные голоса во дворе.
- Кто там шумит? - приподнялся Атамаз.- А ну я выйду!
Он вышел из трапезной. Навстречу ему бежала Синдида с перепуганным лицом.
- Ой, Атамаз! - призывала она.- Помоги, защити меня в храм от этих разбойников! Требуют от меня неведомо что!
Атамаз ускорил шаги и, миновав садик, обогнул угол храма. На площадке перед алтарем стояли воины-повстанцы. Они жестикулировали и, очевидно, были навеселе.
- Именем царя Савмака! - поднял руку Атамаз.- Отвечайте, что вам надо и почему шумите около святилища?
Воины, увидев Атамаза, оробели. Один вышел вперед и поклонился. Атамаз узнал в нем воина Иафага.
- Чего тебе, Иафаг?
- О стратег! Синдида держит взаперти невесту мою Пситиру, дочь Фения, торговца и ремесленника. Она с помощью Форгабака решила разорить Фения. Дом его опечатали печатями, а дочь Пситиру забрала к себе в храм Синдида. И все за те деньги, что отец Фения когда-то задолжал деду Оронта-откупщика. У них и расписка долговая.
- Неправда! - выскочила вперед Синдида.- Неправда! Я спасла дочь Фения от Форгабака, который давно имел ее на примете. А Фений сам согласился отдать Пситиру в храм как воспитанницу.
- Врешь ты, старая ведьма, ты выманила у него согласие угрозами, у тебя и расписка спрятана!
- Нет у меня расписки!
- А Пситира-то у тебя? - спросил Атамаз. Синдида смутилась и словно съежилась под взглядом Атамаза.
- У меня... Она прислуживала на молениях и жертвоприношениях ...
- Гм... А ты узнаешь свою невесту, Иафаг?
- Как же, узнаю обязательно!
- А ну, Синдида, зови сюда всех своих "козочек", мы полюбуемся на них! И Пситиру не забудь!
- Пситиру? - словно прозрела лукавая жрица.- Ты хочешь увидеть Пситиру? Для этого совеем не надобно звать всех девушек. Пситира укрылась у меня в эту страшную ночь по просьбе Фения. Мы все боялись этих взъяренных скотов!...
Она прикусила язык. Но Атамаз словно не слыхал ее слов.
- Я сохранила девочку,- продолжала жрица,- а сделать ее рабыней и не помышляла. Кто такое говорит, просто шутит. Мне нужна была помощница, а не рабыня. Старею я...
