Он, Кэйлеб и Мерлин стояли на вершине цитадели Кингз-Харбор, глядя вниз на стоящие на якоре корабли экспериментальной эскадры в бассейне внизу. Арналд Фэлхан и остальные телохранители Кэйлеба ждали их на самом верхнем этаже каменной крепости. Там было намного прохладнее, так как летнее солнце припекало над головой, и это давало кронпринцу и его спутникам уединение, когда они стояли под брезентовым тентом, который тихо хлопал на ветру, дующем над крепостью.
- Сэр Алфрид предупреждал тебя, что ты будешь впечатлен, Рейджис, - ответил Кэйлеб, и Грей-Харбор усмехнулся.
- Верно, барон Симаунт так и сказал мне, - признал он и взглянул на Мерлина. - Он также сказал мне, что я не должен обращать особого внимания на ваши попытки воздать ему должное за это, Мерлин.
- Полагаю, в этом есть доля правды, - признал Мерлин, поворачиваясь лицом к графу. Его отношения с Грей-Харбором сильно отличались от тех, что были раньше, и первый советник сардонически поднял бровь.
- Я действительно придал первоначальный импульс, - сказал Мерлин в ответ. - И полагаю, что многие основополагающие концепции тоже исходили от меня. Но у меня никогда бы не хватило практических знаний и опыта, чтобы воплотить эти концепции в жизнь без сэра Алфрида и сэра Дастина. И работа над тактическими построениями почти полностью принадлежала сэру Доминику и сэру Алфриду.
Что, - размышлял он, - действительно имело место. Королевский чарисийский флот разработал сложную тактическую доктрину для своих галер, наряду со стандартными формированиями и целостной концептуальной основой. Однако, как заметил барон Симаунт в тот самый первый день, ни одно из этих формирований или тактик не было построено вокруг бортового вооружения. Но его военно-морской флот привык мыслить в терминах разработанной доктрины, а не в духе всеобщей драки, на которую, казалось, было готово согласиться большинство других флотов, и он и Стейнейр сели и, по сути, заново изобрели линейную тактику ведения боя конца восемнадцатого и начала девятнадцатого веков до того, как было завершено переоборудование первой экспериментальной эскадры. С тех пор они практиковали и совершенствовали их, и Мерлин был откровенно восхищен их достижениями.
- Как я уже сказал, - продолжал он, - нам действительно нужен был этот опыт. И если уж на то пошло, Кэйлеб приложил немало усилий для того, чтобы все заработало.
- В это я могу поверить, - сказал Грей-Харбор и одобрительно улыбнулся своему наследному принцу. - Кэйлеб всегда был без ума от военно-морского флота.
- О, нет, не был! - сказал Кэйлеб со смешком. - Во всяком случае, с тех пор, как вы с отцом отправили меня в море! - Он посмотрел на Мерлина и драматически вздрогнул. - Здесь, в Чарисе, есть такая печальная традиция, - объяснил он. - По какой-то причине люди, похоже, считают, что наследник престола должен знать, как работает флот, поэтому они отправляют его в море мичманом. И, - добавил он с чувством, - его старшим офицерам категорически запрещено обращаться с ним иначе, чем с любым другим мичманом. Мне не раз приходилось "целовать дочь канонира".
- ..."Целовать дочь канонира", ваше высочество? - повторил Мерлин, подняв брови, и настала очередь Грей-Харбора усмехнуться.
- Боцман отвечает за дисциплину мичманов, - объяснил он. - Это означает, что провинившиеся оказываются наклонившимися над одним из орудий, в то время как боцман сечет их достаточно сильно, чтобы даже мичман дважды подумал, прежде чем повторить свое преступление.
- О, я всегда думал дважды, - весело сказал Кэйлеб. - Я просто шел дальше и все равно это делал.
- Почему-то мне кажется, что в это удручающе легко поверить, - сказал Мерлин.
- Мне тоже. - Грей-Харбор приложил все усилия, чтобы изобразить должным образом неодобрительный взгляд. К сожалению, он отскочил от ухмылки нераскаявшегося кронпринца, не оставив даже царапины.
- Тем не менее, - продолжил граф более серьезно, - эта "прискорбная традиция" существует не просто так, ваше высочество, и то, как вы здесь закрепились, показывает почему. Я буду честен, Кэйлеб. Когда ваш отец впервые поручил это вам, я отчасти думал, что это был единственный способ вытащить Мерлина сюда, не вызывая никаких вопросов. Но я ошибался. Он дал вам эту работу, потому что знал, насколько хорошо вы с ней справитесь.
Кэйлеб махнул рукой, все еще оставаясь в душе мальчишкой, чтобы смущаться от всего, что звучало как похвала, но Мерлин покачал головой.
- Граф прав, ваше высочество, - сказал он несколько более официально, чем обычно говорил с Кэйлебом в эти дни. - На самом деле, я был очень впечатлен, наблюдая за вами и бароном Симаунтом в действии. Думаю, у вас есть природное чутье на такого рода вещи.
И, - подумал Мерлин, - достаточная молодость, чтобы не иметь слишком много предубеждений, которые приходится преодолеть в процессе.
