Человечество рвалось к звёздам… и встретило Гбаба — безжалостную инопланетную расу, практически стёршую нас с лица вселенной.Земля и колонии ныне представляют собой дымящиеся руины, а немногие выжившие, в попытке восстановить утерянное, бежали на далёкую землеподобную планету — Сэйфхолд. Но Гбаба могут засечь излучения, производимые промышленной цивилизацией, поэтому человеческие правители Сэйфхолда пошли на экстраординарные меры: используя управление сознанием и замаскированные высокотехнологичные устройства они создали религию, в которую теперь верит каждый житель Сэйфхолда, религию, предназначением которой является навеки удержать Сэйфхолд в средневековье.Прошло 800 лет. В тайном убежище на Сэйфхолде пробудился андроид из далёкого человеческого прошлого. Это «возрождение» было запущено века назад фракцией, которая сопротивлялась заковыванию человечества в кандалы сфабрикованной религии. Через автоматические записи, «Нимуэ» — или, точнее, андроиду с памятью лейтенант-коммандера Нимуэ Албан — рассказали её судьбу: она, подобающим образом замаскировавшись, войдёт в общество Сэйфхолда и примется провоцировать технологический прогресс, над подавлением которого веками работала Церковь Господа Ожидающего.Сделать это будет не просто. Чтобы проще было иметь дело со средневековым обществом, «Нимуэ» примет новый пол и новое имя — «Мерлин». Ему придётся тщательно скрывать свою потрясающую силу и наличие доступа к запасам высокотехнологичных устройств. И ещё ему придётся найти базу для своих действий. Страну хоть немного более свободную, менее ортодоксальную, немного более открытую новому.И поэтому Мерлин пришёл в Черис, королевство среднего размера, славящееся своим военно-морским флотом. Он планирует завести знакомство с королём Хааральдом и принцем Кайлебом и, может быть, только может быть, запустить новую эру изобретений. Что наверняка привлечёт внимание Церкви… и, неизбежно, приведёт к войне.Это будет долгий, долгий процесс.
— Капитана на мостик! Капитана на мостик!
Капитан Матеус Фофао скатился с койки, как только настойчивый голос вахтенного офицера заорал через интерком, контрапунктированный пронзительным воплем ревуна боевой тревоги. Босые ноги капитана коснулись палубы и потянувшись к прикроватному кому, даже не успев ещё полностью открыть глаза, он ткнул в красную клавишу абсолютного приоритета исключительно на ощупь.
— Мостик. — Ответ последовал почти мгновенно, ровным голосом, закованным в броню тренированного противостояния панике.
— Старшина Кузнецов, это капитан, — решительно сказал Фофао. — Дайте мне лейтенанта Хендерсон.
— Есть, сэр.
Наступило короткое мгновение тишины, затем послышался другой голос, который произнёс:
— Вахтенный офицер.
— Докладывайте, Габби, — приказал Фофао.
— Шкипер, — лейтенант Габриэлла Хендерсон, тактический офицер тяжёлого крейсера, была на вахте, и её обычно спокойное контральто было напряжённым и суровым, — у нас отметки. Много отметок. Они просто вывалились из гипера в двенадцати световых минутах отсюда, и направляются внутрь системы с ускорением в четыре сотни g.
Фофао сжал зубы. Четыре сотни g были на двадцать процентов выше, чем могли бы выдержать лучшие компенсаторы Федерации. Это довольно убедительно демонстрировало, что кем бы ни были эти существа, они не были подразделениями Федерации.
— Сколько их? — спросил он.
— Всё ещё продолжают прибывать, сэр, — ровно ответила Хендерсон. — До сих пор мы подтвердили более семидесяти.
Фофао поморщился.
— Отлично. — Он был поражён тем, как спокойно звучал его собственный голос. — Выполните протоколы первого контакта, а также «Подзорную трубу» и «Наблюдатель». Затем переведите нас в Состояние Четыре. Убедитесь, что губернатор полностью проинформирована и скажите ей, что я объявляю Код Альфа.
— Так точно, сэр.
— Буду на мостике через пять минут, — продолжил Фофао, когда дверь его спальной каюты открылась, и его стюард проскочил через неё с мундиром. — Давайте запустим несколько дополнительных разведывательных дронов и направим к этим людям.
— Так точно, сэр.
— Увидимся через пять минут, — сказал Фофао. Он выключил комм и повернулся, чтобы принять свой мундир от побледневшего стюарда.
На самом деле, Матеус Фофао добрался до командной палубы КФЗФ «Быстроходная» немного меньше, чем за пять минут.
Он смог удержать себя от быстрого, порывистого шага, когда вышел из лифта на мостике, но его глаза уже были на мастер-схеме, и его губы сжались. Неизвестные суда были россыпью зловещих рубиновых искр, несущихся к главной звезде двойной системы G0 и сине-белой бусине её четвёртой планеты.
— Капитан на мостике! — объявил старшина Кузнецов, но Фофао отправил всех обратно по своим постам.
— Вольно, — сказал он, и почти все вернулись на свои места. Лейтенант Хендерсон этого не сделала. Она поднялась с капитанского кресла в центре мостика. Её облегчение от того, что прибытие Фофао освободило её от командования, было очевидным.
Он кивнул ей, прошёл мимо и уселся в своё кресло.
— Капитан принял командование, — объявил он официально, затем снова взглянул на Хендерсон, всё ещё стоящую рядом с ним. — Были ли от них какие-нибудь входящие передачи?
— Нет, сэр. Если бы они начали передачу, как только вышли из гипера, мы бы услышали их передачу, — лейтенант взглянула на цифровой индикатор времени — две минуты назад. У нас ничего нет.
Фофао кивнул. Почему-то, глядя на распространяющееся облако красных значков на дисплее, он не был удивлён.
— Изменения сил? — спросил он.
— Контроль отслеживает как минимум восемьдесят пять кораблей, — сказала Хендерсон. — У нас пока нет никаких признаков запуска истребителей.
