— Насколько я могу реконструировать то, что похоже случилось на самом деле, они были достаточно близко к лейтенанту Атравесу, чтобы он мог сделать то, что вероятно было совершенно выдающимся броском гарпуна. Это было бы в разумном соответствии с его ранее проявленными способностями воина. Затем он нырнул в воду и поплыл к лодке, где кракен, которого он загарпунил, продолжал нападать на детей, до тех пор, пока смертельная рана, которую он уже получил, не одолела его. Лейтенант, возможно, помогал отгонять умирающую тварь, но я подозреваю, что он фактически был больше всего заинтересован в том, чтобы вытащить детей из воды, на опрокинутую лодку, где раненый кракен мог бы с меньшей вероятностью нападать на них.
— Не желая ни в коей мере умалять неоспоримого мужество лейтенанта, я считаю, что должен установить вероятную степень его действий. И, к его дополнительной чести, он никогда не утверждал, что сделал больше этого. Во всяком случае, и учитывая все необходимые поправки на существенную правдивость замешанных детей, я искренне сомневаюсь, что даже сейджин мог бы бросить гарпун на сто пятьдесят ярдов, проплыть то же расстоянии в мгновение ока, а затем задушить трёх или четырёх кракенов голыми руками! В действительности, я несколько склоняюсь к мнению о том, что здесь есть эффект снежного кома. В конце концов, лейтенант Атравес изначально появился при довольно драматических обстоятельствах. Имея это в виду, неудивительно, что сплетни неосведомлённых людей приписали ему всевозможные наполовину сверхъестественные способности.
— Но вы верите в эти «сплетни неосведомлённых»?
— Возможно, не целиком, но, в основном, да, Ваше Высокопреосвященство.
— И каковы же его цели в настоящий момент? — спросил Диннис, слегка сузив глаза.
— Я полагаю, что его цель в настоящий момент — это предложить свои услуги в качестве воина — возможно, выдающегося, но всё же воина — Дому Армак. Я считаю, что он искренне… восхищается королём Хааральдом, и совершенно очевидно, что он глубоко привязан к юному Кайлебу.
— У вас нет никаких доказательств… чего-то более глубокого, чем это? — надавил Диннис.
— Нет, Ваше Высокопреосвященство, — твёрдо сказал Уилсинн. — Я понимаю, что, вероятно, появились сообщения и слухи — некоторые из которых, возможно, дошли до Храма — о какой-то злонамеренной цели с его стороны. Учитывая очевидное доверие, которое ему оказали Хааральд и Кайлеб, ревность и злоба, несомненно, породили бы эти слухи, был ли под ними какой-то фундамент или нет. И чтобы быть реалистичным, не похоже, чтобы лейтенант Атравес был совершенно чужд амбиций. Он, безусловно, находится на превосходном месте, чтобы сделать карьеру в Королевской Гвардии, например, и я сомневаюсь, что он отвергнет повышение по службе или богатство, если бы они были ему предложены.
— Исходя из моих собственных разговоров с этим человеком, а также с королём Хааральдом и кронпринцем Кайлебом, я уверен, что у него нет более злонамеренной цели чем эта. В действительности, моё мнение состоит в том, что этот человек глубоко уважает Бога и никогда не будет мечтать о том, чтобы бросить вызов Божьей воле.
Диннис моргнул. Он ничего не смог с этим поделать. В голосе Уилсинна была нотка абсолютной уверенности, как будто Сам Бог шептал в ухо старшего священника. Возможно, он ошибался, но Диннис не мог поколебать его уверенность в достойности этого лейтенанта Атравеса.
«И, честно говоря», — подумал архиепископ с оттенком иронии, — «если Уилсинн готов ручаться за этого человека, кто мы, простые ошибающиеся смертные, чтобы сомневаться в этот вотуме доверия?»
— Понимаю, — сказал он через мгновение. — Что ж, отче, я должен сказать, что сегодня утром вы смогли успокоить меня по нескольким предметам. Я ценю это так же, как я ценю вашу преданность и рвение в том, что касается этих вопросов.
— Я очень рад это слышать, Ваше Высокопреосвященство. И я надеюсь, что, если есть какой-либо другой способ, которым я могу быть полезным вам во время вашего пасторского визита, вы вызовете меня.
— Конечно, отче. — Диннис встал, протягивая свою правую руку через стол, а Уилсинн наклонился, чтобы снова поцеловать епископское кольцо. — Идите с моим благословением, отче.
— Спасибо, Ваше Высокопреосвященство, — сказал Уайлсин.
Диннис снова уселся, в то время как старший священник вышел, тихо закрыв за собой дверь. Архиепископ сидел, глядя на эту дверь в течение нескольких секунд, затем повернулся к отцу Симину, сидящему за его собственным столом.
— Итак, Симин, что там дальше в утреннем расписании?
— Это действительно отличный бренди, Жеральд, — прокомментировал архиепископ Эрайк, поднеся глубокий, тюльпанообразный бокал к носу и сделав глубокий вдох.
— Да, это так, — согласился Адимсин. — Это был подарок от приора Сен-Тревира. — Он слегка улыбнулся. — Я не спрашивал приора, откуда это взялось.
— Возможно, это к лучшему, — с усмешкой согласился Диннис и взглянул через плечо.
— Думаю, ты достаточно тяжело поработал сегодня, Симин, — сказал он своему секретарю. — Положи своё перо и налей себе бокал.
