Девочка-подросток из Бруклина, помещенная в исправительное учреждение до суда после того, как в августе призналась в причастности к гибели жительницы Лонг-Айленда. 19-летней Зоуи Спанос, в субботу была освобождена из-под стражи. Семнадцатилетней Анне Чиккони в августе было предъявлено обвинение в причинении смерти по неосторожности и сокрытии тела. Освобождение Чиккони произошло в результате ареста и признания Астер Спанос, также семнадцати лет, младшей сестры Зоуи, чье тело было обнаружено в августе в затонувшей лодке на дне озера Пэрриш в Херрон-Миллс.
В субботу судья Эмануэлла Кастера объявила, что после ареста Астер Спанос Анна Чиккони будет освобождена из центра для трудных подростков «Тропы» и передана на попечение матери, Глории Чиккони из Бей-Ридж, Бруклин. Судья Кастера ранее намеревалась рассмотреть ходатайство адвокатов Чиккони о снятии с нее обвинений на основании неправомерных действий полиции. Рассмотрение ходатайства было ускорено, и в субботу было принято решение о его удовлетворении.
Хотя подробности признания Астер Спанос пока не опубликованы, адвокат Спанос сегодня утром заявил следующее: «Мисс Спанос добровольно дала исчерпывающие показания и предоставила известную ей информацию о несчастном случае, который привел к гибели ее сестры Зоуи в прошлую новогоднюю ночь. Мисс Спанос не являлась причиной ее гибели, и данное обвинение ей предъявлено не было. Она пошла на полное сотрудничество с полицией. Семья Спанос просит общественность с уважением отнестить к неприкосновенности их частной жизни в этот трудный период».
По сведениям полиции, Астер Спанос была доставлена в участок поздно вечером в четверг после жалобы соседки на то, Спанос вместе с другой девочкой нарушила границы ее частной собственности. В пятницу, во время следующей беседы, она раскрыла полиции информацию, касающуюся смерти ее сестры, произошедшей первого января, и призналась в том, что обнаружила и скрыла ее тело. Причины поступка Спанос выясняются.
Астер Спанос предъявлено обвинение в сокрытии тела на основании так называемого «Закона Аманды Линн», что в штате Нью-Йорк является преступлением класса Е, за которое предусмотрено наказание тюремным сроком до четырех лет и штрафом в пять тысяч долларов. Поскольку мисс Спанос несовершеннолетняя и ранее к ответственности не привлекалась, она едва ли получит максимальное наказание, если будет признана виновной.
Рабочий день детектива Миры Холлоуэй закончился час назад, но она все еще просматривает запись в комнате для допросов. С ареста Астер Спанос прошло больше суток. Она пересматривает допрос в третий раз от начала до конца, делая пометки ручкой. С девчонкой Чиккони они переусердствовали, и версия, казавшаяся им достоверной, рассыпалась в прах. Но теперь появилась другая возможность, и для них это манна небесная. Ей надо бы пойти домой, поспать немного. Но она хочет еще раз убедиться, что на этот раз все сделано правильно до последней мелочи. От этого зависит раскрытие дела. От этого зависит, сохранит ли работу сама детектив Холлоуэй. Она снова включает воспроизведение.
Объектив камеры направлен на девушку с мускулатурой пловчихи и чуть растрепанной стрижкой пикси. Она сидит на шатком металлическом стуле, опираясь на спинку, одетая в джинсы и серую хлопковую рубашку. Девушка постоянно одергивает ее, теребя пальцами длинные рукава.
Справа от девушки сидят ее родители и напыщенный адвокат. У жены вокруг глаз темные круги. Муж перед походом в полицию побрился, но пропустил пару мест.
Напротив семьи Спанос и их адвоката, сложив руки на тонком металлическом столике (новый предмет мебели в комнате), сидят детектив Холлоуэй и помощник детектива Мейси. Мейси ерзает в кресле на колесиках, постоянно перекатываясь на пару дюймов то вперед, то назад.
— Ты можешь начать сначала, Астер, — ласково говорит детектив Холлоуэй, и лишь легкое подергивание мускула на подбородке выдает, с каким трудом ей удается сдерживать характерную резкость в голосе.
Девушка делает глубокий вдох и рассеянно чешет в том месте, где воротник рубашки соприкасается с ключицей. Мать ободряюще поглаживает ее по ноге.
— Кажется, это началось во время каникул на День благодарения, почти год назад. Зоуи вернулась из Брауна, и у них с Кейденом что-то пошло не так. Мне она ничего об этом не говорила, но я видела, как она страдает.
В ту субботу Кейден гостил у друзей в городе. Во всяком случае, так он сказал Зоуи. Днем она навещала в Уиндермере миссис Толбот. В этом не было ничего необычного — они были очень близки. Но в тот вечер Зоуи вернулась домой вся в слезах. Она заперлась в своей комнате и не захотела со мной говорить. На следующее утро она вернулась в Браун.
— Мы не знали… — начинает Джоан Спанос, но помощник детектива Мейси жестом просит ее замолчать.
— Сейчас мы записываем показания мисс Спанос, — говорит он. — Поэтому говорить должна только она.
