— В психушке лежит, с собой покончить хотела! — крикнул кто-то из присутствующих.
Мишка вздрогнул всем телом. Наташка покончить с собой хотела!? Из-за Сережки! Я подлец! Нет мне прощенья! Вгляделся в лицо матери. Она, не поднимает головы. Щеки покрылись красными пятнами.
— Потом пришел следователь, Павел Андреевич, — продолжила Надя. — Сказал, Сережа погиб! Я поехала на опознание. Действительно, мой сын! — закончив фразу, Надя ощутила тяжесть в ногах. Положила руки на край стола. В глазах у нее потемнело.
— Погибший, найденный у вечного огня, ваш сын!?
— Да, ваша честь! Какая мать не узнает своего ребенка! — она тяжело вздохнула, ощутив недостаток воздуха.
— Спасибо, садитесь! Слово предоставляется подсудимому Сытину Владимиру Вадимовичу.
Тамаре стало жарко, она расстегнула пальто, потянула тонкий шелковый шарфик на шее.
Володька встал, провел ладонью по голове.
— Я все сказал на допросе. Не убивал я Серегу!
— Свидетели утверждают, вы первым начали ссору в кафе!
— Не помню!
— Были пьяны? — не унимается судья. — Ваши друзья показали, — он повертел в воздухе листом бумаги. — Вы принесли водку!
— Ничего не приносил! — Володька потянул воротник рубашки.
— У следователя вы подтвердили, что принесли водку. Сколько бутылок?
Анатолий Алексеевич недовольно покачал головой.
— Протестую! Нельзя сейчас утверждать, кто именно принес водку. Сытин, или кто другой. Вполне возможно, водку мог заказать потерпевший.
Судья постучал молоточком.
— Кто начал ссору?
— Не знаю, не видел! — голос Володьки сорвался на высокой ноте. — Мишка схватил Серегу за рукав, Колька ударил.
— Я не бил! — сжал Володькин локоть Николай! — Что ты врешь!
— Отстань! — оттолкнул его Володька. — Это вы с Мишкой начали драку. Я потом влез!
— Значит, вы, не отрицаете, вступили в драку после Федорова и Шарапова? — прищурил глаза судья.
— Я не вступал в драку! — Володька сплюнул и сел на место.
— Подсудимый Шарапов! Какова была причина ссоры с Никитиным?
Колька встал, поднял глаза на судью.
— Увидел, Мишка с Серегой спорят, подумал, Серега обижает Мишку, и ударил.
— Значит, вы ударили первым погибшего?
— Я не бил, и не убивал! Мишка начал ссору! Больше я ничего не знаю!
— Я не убивал Сережку! — поднялся Мишка. — Я только сказал ему, чтобы он не трогал мою сеструху. А они стали его бить!
— Ты же первый ударил! — дернул его за рукав Николай.
— Потом они его на улице. Потом Володька сказал, чтобы положить на огонь, подумают, пьяный забрел, и упал. А я вернулся, его перевернул.
— Зачем вернулись?
— Думал, его спасти еще можно, или он придет в себя, и уйдет домой. — Мишка размазал ладонями слезы по лицу. — Я не убивал! Честное слово!
— Кто арматуру приволок, и бил по лицу Серегу, я что ль? — больно сжал пальцы на Мишкиной руке, Николай.
— Пусти, я не помню!
— Как это не помню! У следователя сказал! — злобно прошипел Володька. — А теперь отпираешься! Чистеньким решил себя представить на суде!
— Подсудимые, прекратите ссору! Иначе придется вас удалить, и продолжать заседание без вас! — судья, стукнул молотком.
— Федоров, подтверждаете показания, данные у следователя? Били по лицу арматурой, уже лежащего без признаков жизни Никитина? Где вы взяли арматуру?
— Из забора, там одна палка давно качалась. Но ведь Серега уже был без сознания! А я его не бил. Володька с Колькой избили и вытащили на улицу.
— Ваш товарищ без сознания, а возможно уже и был мертвым. Зачем вы добивали его?
— Не знаю, пьяный был и злой, за то, что Серега с сеструхой ходит.
— Понятно, с вашей сестрой! Кто принес водку?
— Так Володька и принес! На столе водки не было.
— Кто начал ссору? Ваши товарищи показали, вы первым стали приставать к Никитину?
— Я только сказал, если он обидит сестру, я его убью! А Колька подскочил и ударил, или Володька, я уже не помню! — всхлипнул Мишка.
— Не помните, кто ударил! Вы ударили!
Мишка громко засопел. Вытер рукавом глаза.
— Значит, вы не отрицаете, что угрожали Никитину?
— Я его не убивал! — Мишка зарыдал, и сел на скамью.
— Сука! — прошипел Володька и ткнул локтем Мишку в бок. Мишка застонал, сжал зубы от боли.
— Предоставляется слово свидетелю, Степану Григорьевичу Глушко.
Все повернулись, всматриваясь в дворника. Степан споткнулся, перешагивая порог. Зажмурил глаза.
— Пройдите к трибуне! — пригласил судья.
Степа, прихрамывая, вращая головой направо и налево, прошел к трибуне.
— Вы обнаружили труп?
— Так, я каждое утро, подметаю там. Гляжу, у памятника, что-то темное лежит, я подошел. А там человек, лицо все черное, узнать нельзя, одежда в клочья сгорела. Я испугался. Побежал в милицию, к дежурному, там участковый дежурил.
— Вы сообщили в милицию! А скорую, почему не вызвали?
— Да, мертвецу, зачем скорая!
— Почему вы утверждаете, что у памятника лежал труп!
— Да уж, мертвее не бывает! — вытер рукавом пиджака, вспотевший лоб, Степка.
— Свободны!
— Свидетель Марина Голубкина!
Марина вошла в зал. Ее глаза сразу разглядели на скамье за решеткой поникшую голову Володьки. Вот, до чего пьянка довела. Так ему и надо, не будет изменять с Людкой.
