— Ребята не могли знать, жив Никитин, или нет! Он не подавал признаков жизни. После жестоких ударов, нанесенных железной палкой, Никитин, вряд ли мог оказаться живым. Я еще раз подчеркиваю! Смертельные удары нанес Федоров! Мало шансов было у медицины, на возвращение Никитина к жизни! Огонь только завершил дело! Убийцей, по сути изложенного, является Федоров. Сытин и Шарапов виновны в развязывании драки. К убийству Никитина они отношения не имеют. Убийца Федоров! Я прошу суд отнестись с нисхождением к Сытину и Шарапову. Они защищались! Но превысили допустимые пределы обороны. Согласно статье 108 Уголовного Кодекса Российской Федерации, 2 года лишения свободы. Учитывая их раскаяние, и возраст, а также первое нарушение, они заслуживают условного наказания.
Зал загудел.
— На мальчишку повесили!
— Ни одного слова не произнес в защиту. А ведь он несовершеннолетний! Несправедливо!
— Тишина в зале! — стукнул судья молоточком. — Спасибо! — повернулся к адвокату. — Подсудимые, вам предоставляется последнее слово! Сытин!
Володька встал, почесал стриженую голову.
— Я не убивал Никитина! Так, дал пару раз по морде. И на огонь, Мишка предложил оттащить. Он убил Серегу!
— Шарапов, что можете добавить?
Колька покрутил головой.
— Я не убивал!
Мишка поднялся.
— Я убил Сережку! Тащили мы вместе к огню. Ему все равно уже ничего помочь не могло! — парнишка упал на скамью, обхватил голову руками.
— Господи! — выдохнула Люба. — Сам себя приговорил! Что ж теперь будет? — она приложила ладонь к груди.
— Суд удаляется на совещание! — объявила секретарь.
— Я не поняла! Что Мишка сказал? — наклонилась Варвара Михайловна к дочери.
— Он перечеркнул свою жизнь! Наверное, они посули ему денег.
Варвара Михайловна поднялась.
— Я пойду, скажу ему!
— Ничего не скажешь! — удержала ее за руку, Люба. — Поздно! Будем ждать приговора!
— Ну и зверь, ваш Мишка! — остановилась напротив них женщина в белой шапочке. — Арматурой человека убил!
Тамара поискала глазами в зале мужа. Опять курить пошел. Володька отказался от своих показаний. Адвокат научил. Колька тоже. А этот, самый маленький, Мишка на себя взял? Его и посадят! Нашему, возможно условно дадут. Сразу отвезу в деревню.
Галина встретилась взглядом с Андреем. Неужели, возможно, возвращение Кольки домой? Какая разница кого накажут? Кто будет сидеть, а кто гулять? Нельзя Кольку в тюрьму!
Надежда не слышала последних слов подсудимых. Время, пока суд удалился на совещание, для нее будто, остановилось Ей безразлично, чем закончится суд. Вернется в пустую квартиру! Надо выходить на работу! Найти в себе силы, чтобы жить дальше. Она страшно устала. Скорее бы все закончилось! Это было ее единственным желанием. Она не слышала, слов секретаря: «Встать, суд идет!», и осталась сидеть на своем месте. Слова читаемого приговора долетали до ее ушей, но не воспринимались сознанием.
— Суд постановил! — ровно и беспристрастно звучал голос судьи, оглашающий приговор. — Признать виновным Сытина Владимира Вадимовича, по статье 108 Уголовного Кодекса Российской Федерации, превышение пределов необходимой обороны. Назначить наказание в виде лишения свободы сроком на три года. Наказание считать условным. Шарапова Николая Андреевича признать виновным, по статье 108 Уголовного Кодекса Российской Федерации, превышение пределов необходимой обороны. Назначить наказание в виде лишения свободы сроком на три года. Наказание считать условным. Федорова Михаила Александровича признать виновным по статье 105 Уголовного Кодекса Российской Федерации. Умышленное убийство с особой жестокостью! Назначить наказание двенадцать лет лишения свободы, с отбыванием в детской колонии до наступления совершеннолетия, затем в колонии строгого режима.
Надя, словно проснувшись от тяжкого сна, услышала последнюю фразу приговора. Посадили Мишку!? Как же так? Значит, Мишка убил моего Сережку. Но ведь, они вместе били, вместе вытащили из кафе, вместе дотащили до вечного огня. Или я не поняла? Значит, деньги теперь делают все!
— Это несправедливо! — крикнула она, не узнав своего, вдруг резкого, опустившегося на низкие тона, голоса. — Они втроем его убили! Один не мог совершить такое чудовищное преступление! Они не заслуживают жить рядом с людьми! Условно — не наказание за такой зверский поступок! Я проклинаю их!
— Ведьма! Тебе, какое дело! — Галина кинулась к Надежде. Андрей схватил жену за руки. — Остынь! Пойдет к Николаю! Его домой отпустили! Разве ты не поняла!
— Сама будь проклята! Еще угрожает! Твоего, уже не вернуть, а наши дети должны гнить в тюрьме! Вот тебе! — она сложила в обеих руках кукиши, вытянула руки. — Все равно, по-твоему, не вышло!
Тамара вскочила, подбежала к решетке. — Скорей, отпустите! — медлительность сержанта, открывающего замок, ее раздражает. Володька шагнул навстречу матери. Руки Тамары обхватили сына, губы покрыли поцелуями его лицо. — Володечка! Сынок!
