Путники остановились, чтобы перевести дух и осмотреться. Кругом лес. Но вот недалеко от себя Макс заметил за деревьями что-то похожее на сруб. Указал старцу одним мановением руки на что тот, молча, послал свою лошадку шагом. Преодолев расстояние, путники спешились возле крыльца массивного по размерам бревенчатого домика. От того места до терема оказалось всего семнадцать шагов. Краем левого уха странник услышал конное ржание. Завертел головой, но никого не заметил. Отбросил дурную мысль о затаившемся в кустах враге и пошёл к крыльцу, из-под сапога вздымая небольшие тучки пыли.
Домик со стороны улицы казался небольшим ввиду трёх узких слюдяных оконца со ставнями. Небольшое крылечко поприветствовало нас диким дощатым скрипом. Макс постучался несколько раз, но шагов так и не услышал. Заметил, что дверь приоткрыта, вошёл внутрь, окликая хозяев. Тишина. Старец прошмыгнул следом. Обежал весь дом и замахал головой в неведении. Чуть позже уши уловили звяканье металла.
— Ты тоже это слышишь, отец? — невольно спросил старца Максим.
— Нет! Что именно я должен услышать? — старец стоял в недоумении и смотрел на воина.
— Звон железа!
— Двор! Хозяева во дворе могут трудиться! Вот я старым индюком стал!? Когда прибудем на место, обязательно найду мазь от памяти! — выходя из дома, начал ругать себя старец.
— И чего им только в домах не сидится!? Гоняются по землям чужим, словно курицы безмозглые!? Ведь не понимают, что им все перья однажды обреют и всё! Сдалась им эта война за веру! Ладно, я терплю все эти путешествия и то сам виноват! За что боролся, на то и напоролся! Тьфу! — выругался Максим.
— Ты чего-то сказываешь, мил человек? — вернувшись, спросил старец.
— Умиляюсь вот жилищем сим! Добротный дом! Видать и хозяин его — человек надёжный, правильный!
— Так-то ж мой отец, Святогор, строил! Всё для меня, дочки единой добротней и старался! — порог дома переступила молодая девушка лет двадцати.
— Как же звать сию прелесть? — спросил Максим, оглядывая с ног до головы красавицу.
— Зачем гостю, приехавшему на постой в одну Луну, надо знать моё имя? — переспросила девушка.
— Я первый спросил!
— Ну и что! Может, я не хочу говорить тебе своё имя?
— Руслана? Хватит кривляться перед гостем! Мы приехали, устали с дороги! Подай гостю корец с сытом и принеси нам еды! Про свою долю тоже не забудь! — потребовал старец.
— Руслана! Теперь проще найти общий язык с дикаркой! А то я уж испугался!? — удовлетворённо выдохнул Макс.
— Кушайте с наслаждением гости дорогие! — вернувшись, хозяйка дома поставила зажаренных рябчиков, свиного мяса в соусе, мятого картофеля, медный горшок с гречихой и два графина — с вином и водой.
— Скажи, Руслана, почему у вас тут стол славянский собирается, а живёте в глуши неизвестно чьей земли? — спросил воин без интриг.
— Ну, как тебе объяснить, мил человек! Семья у меня славянская, но с отцом нам пришлось сбежать из Руси! Надоели нам постоянные распри князей! То повышают, то понижают труд моего отца! Здесь, во Франции, власти к нам с почином относятся! — объяснила девушка.
— А где же матушка твоя?
— Чего пристал, незнакомец? Сбежала она к другому, как меня в дом занесли!
— Я Максим! Макс!!! — но девушка уже не слышала, выскочив на улицу с диким рёвом.
— Не обращай внимания! Просто побег матери девочка трудно переживала и до сих пор мечтает её найти, чтоб посмотреть в глаза! — объяснил старец. — Давай лучше выпьем хорошего доминиканского вина! — старик взял один из кувшинов и налил до краёв в два деревянных стакана.
— А и правда! — согласился Макс. — Давай выпьем за Руслану! У неё будет прекрасное будущее в её будущих беловолосых и голубоглазых, как она сама, деток. Деток подарит ей красавец мужчина и воин. — пожелал я девушке.
— Под себя метёшь метёлкой. Почему бы и нет. Ты парень бравый. Вон как этих трёх свиней, одним махом всех повалил. Спас старика. — путники стукнулись стаканами, выпили содержимое до дна.
— Да я ж не про себя!?
— А про кого ж ещё! Лес кругом километровый! Да ладно тебе брови хмурить. Сам видал, какая девка хозяйственная выросла. Парней в туташних местах нет, чтоб детей им рожать. — старец расчленил зубами кусочек мяса. — так что ты один остаёшься её надеждой, а иначе пропадёт молодуха. Мне ж спокойней будет смерть свою встречать в бою. Забирай, не пожалеешь. Так, а то, что серчает — ничего, привыкните друг к другу.
— Хорошо! Хорошо! — не выдержал странник. — А свататься как будем?
— За её отца я буду, если к утру не поспеет! Да что мы вдвоём как глупые овцы будем медлить. Сейчас вина ей нальём, а ночью я её к тебе попрошу подойти извиниться и всё. А то мы так день потеряем. Давай ещё по одной!?
— Наливай, только всем.
