Дёргаю за ручку двери. Закрыто! Открываю ключом, на всякий случай проверяю, выключена ли плита, утюг ещё раз, даже в комнату Вадика заглядываю.
Всё в порядке, можно ехать.
Я, честно, не знаю как эта болезнь называется, но у меня так всегда!
Я снова несусь вниз.
Выхожу, запыхавшаяся, на улицу и забираюсь в машину.
– Можем ехать.
В голове мелькает шальная мысль: «точно ли я, после того, как проверила Вадика, закрыла квартиру?»
Так, стоп! Обратно точно не пойду, красть у нас нечего, да и Вадик, если что, дома. В голове уже целый фильм ужасов нарисовался. Вот Вадика душат подушкой и выносят мои любимые брендовые вещи, а ещё копилку большую, в виде поросёнка, которую я всегда вожу с собой.
Да уж, параноик из меня хоть куда.
Пока добираемся до высокого здания моей новой работы, я уже опаздываю на минут семь. Вот если бы не бегала, как ошалелая, по подъезду, приехала бы вовремя.
Расплатившись с водителем, я поднимаюсь по служебному лифту на пятый этаж.
В большом зеркале, во всю стену, я поправляю свой лиф и воздаю хвалу небесам за то, что вселенная наградила меня третьим размером груди и фигурой, которую, даже поедание бургеров по ночам, ни капельки не портит.
Створки лифта разъезжаются в стороны и я, натянув улыбку, вхожу в холл.
– Вы опоздали на десять минут, – говорит мне всё та же женщина, помощница самого зверя, как только я оказываюсь около его кабинета.
Взгляд не добрый, видимо они здесь все такие злюки.
– Простите, пробки.
– Меня это не интересует. Наперёд, вы должны рассчитывать время и приходить за десять минут до работы. Кофе Александру Андреевичу нужно подавать в восемь часов, и ни минутой позже. Я уже отнесла , но впредь это ваша работа.
– Хорошо, я поняла.
«Грымза» – это уже про себя.
– Меня зовут Ангелина Львовна. Пойдёмте, я покажу ваше рабочее место.
Если бы мне раньше показали, где я буду обитать, честное слово, я бы подумала: «А оно мне надо?»
Большое ограждение, типа барной стойки, а за ней обычный стол, сплошь заваленный какими-то коробками, что даже монитор не виден.
– Это нужно всё будет разобрать и разложить по шкафам. Тут документация по всем организациям. Лучше разложите по алфавиту, чтобы проще было искать.
–Да, и ещё, будете отвечать на все звонки, если что-то особо важное, то связываетесь непосредственно с боссом и переключаете на него. В основном, из особо важных, это невеста Александра Андреевича, Вероника, и заказчики. Список я вам прикрепила на монитор.
–Если что, то я на втором этаже, не стесняйтесь, звоните. Да, сюда очень часто приходит Анжела, её, по всяким глупостям, к боссу не пускать.
–Хорошо. А что мне ей говорить?
Она бросает на меня свой взгляд, задерживается на вырезе и, раздражённо, хмурит брови.
– Скажите, что он занят, придумайте что-то правдоподобное. Он не любит, когда его отвлекают по пустякам.
– Хорошо, спасибо. Думаю, я справлюсь.
– Ну и отлично, приступайте к работе.
Она удаляется, цокая каблуками по паркету, а я, оборачиваясь, закусываю губу. Ну что ж, Полина, придётся тебе самой разгребать этот вопиющий бардак.
С пол часа я занимаюсь тем, что расставляю папки в большом шкафу, с названиями организаций, по алфавиту. Когда монитор становится полностью освобождён от завала, звонит телефон. Я подпрыгиваю и беру трубку.
– Да, слушаю.
На том конце провода гробовая тишина.
– Капитал Групп, слушаю, – рычит на том конце провода мой новый босс. Вы должны говорить, Капитал групп.
Я даже подпрыгиваю на месте от его крика.
– Капитал Групп, слушаю, – цежу сквозь зубы.
Он, не дослушав, скидывает трубку, а я показываю средний палец прямо в закрытую дверь его кабинета.
Козёл !
Так, Полина, выдохнула. Такими темпами ты его не соблазнишь, нужно ровно дышать.
Дверь с треском открывается, и я вытягиваюсь по стойке смирно.
–Кофе мне, живо, – кричит он, и дверь снова закрывается.
Недолго думая, подхожу к кофеварке и делаю ему кофе. Всё, как учила его ассистентка, латте без сахара.
Стучу два раза, ради приличия, и захожу в кабинет начальника.
Его стол завален документами, а сам он пытается в этом завале что-то отыскать.
При моём появлении он поднимает голову, и наши глаза встречаются.
Я медленно подхожу, ставлю чашку у него под носом, уже хочу уйти, но он меня резко окрикивает.
-Что у вас на голове?
Я разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и с вызовом на него смотрю.
– Волосы, у меня на голове волосы.
– Вы что, эмо? Или может малолетка, с разыгравшимися гормонами? У нас серьёзная организация.
Нет, так дело не пойдёт. Он меня до белого каления доведёт.
-Вы не уточнили, в какой цвет мне перекраситься. Блондинки вас не устраивают, розовый цвет тоже. Может быть, вы мне посоветуете, какой цвет мне подойдёт?
Ничего не могу с собой поделать, дерзость – моё второе я. Понимаю, что нужно просто улыбаться, но, черт возьми, от злости челюсть свело.
А ещё меня бесит то, что этот гад настолько сексуально выглядит в этой рубашке, с расстёгнутыми пуговицами, с этой шевелюрой на голове, и эта лёгкая небритость, ямочка на подбородке. В общем, бесит и заводит в одном числе. От одного его взгляда я начинаю таять, как мороженое на солнце.
