Пока я трусилась, одолеваемая гневом и желанием расправы над одной кошачей задницей, мой маленький пупсик заплакал. Его наивный, детский страх заполнил мои легкие, и я забрала Каина из рук Фила. Дракон, красный, как вареный рак, чудом сдерживал свою вторую сущность. Ох, не завидую я этому гадкому Вику, если Фил решит бросить ему вызов.
— Тише, маленький, все хорошо! — пытаясь баюкать кроху на руках, едва сдерживала подступающие к глазам слезы обиды.
Я не могла показывать при всех свою слабость. Должна держаться молодцом! Промогравшись, глубоко вдохнула и случайно поймала взглядом перепуганную Зою. Тяжело вздохнув, сожалела, что малышка стала свидетелем таких грязных подробностей.
Мили продолжала препираться с Виком. Уж не знаю, кто он ей, но сейчас она не стеснялась в выражениях. С ней мы познакомились в мой первый рабочий день. Она пришла в библиотеку со своей дочуркой — Зоей. Мили испуганно озиралась по сторонам. Видно было, что пуму пугали запахи и все, что она видела перед собой. Изначально я не хотела даже говорить с ней, но ее малышка покорила меня с первого взгляда. Белокурая куколка смотрела на меня ангельскими глазками и широко улыбалась. Она могла завоевать кого угодно. И я сдалась. Переступая через свои личные предубеждения, подружилась с Мили. И до сих пор ни разу не пожалела. До того момента, пока она вошла в библиотеку, с ног до головы пропахшая кошаком. Зверь во мне взревел, признавая в Мили соперницу и намереваясь бросить той вызов. Подавив в себе это желание, просто старалась думать о чем угодно, но не о том, могла ли Зоя быть его дочерью... По запаху я не смогла уловить кровное родство... Но ведь и по запаху Каина этого нельзя было определить, если не знать наверняка.
Моя смена закончилась. Мы с Мили вместе вышли на улицу и двинулись в сторону парка. Меня уже должен был ждать Фил с сыном на детской площадке. Вот тогда-то я и увидела все то, что сейчас не давало покоя моему зверю. Он скулил и метался, не в силах поверить, что внутренний зверь кошака не признал сына.
— Кретин! — крикнула Мили, обрывая мои воспоминания.
Беря за руку дочку, она двинулась в мою сторону.
— Пойдем отсюда! Не хочу даже видеть его! — жестко отчеканила и стала стремительно удаляться.
— Фил, ты как?
Дракон все время был на чеку, не позволяя кошаку больше дотянуться до меня.
— Иди, я тебя догоню, — голосом, больше похожим на отвратительное шипение, велел он.
Пожав плечами, кинула убийственный взгляд, которым посылала кошатину гулять лесом, развернулась. Каин пытался тянуть свои крохотные ручки в сторону своего отца-козла, даже не понимая, как тот пренебрежительно повел себя! Как последняя скотина! И ведь повода я не давала! Почему же он так повел себя?.. Остается для меня тайной за семью замками. Я могла поклясться, что Вик признал в Каине сына. Я видела, пока шла, как властно он прижимал к груди крохотное тельце малыша. Стоило кошаку увидеть меня, как его словно резко подменили. И вроде ответ был на поверхности, но пока я не могла во всем как следует разобраться.
Отойдя на приличное расстояние, обернулась. Фил и Вик исчезли из поля зрения. Вот черт! Хотя... Так ему и надо! Котяре зажравшемуся! Все же, я рада, что не явилась в прайд, узнав о беременности. Кто знает, сколько дерьма кошак мог вылить мне на голову.
Каин все продолжал капризно плакать, никак не желая успокаиваться. Как я не старалась его укачивать, ничего не помогало.
— Милый мой, я все прекрасно понимаю... — когда я заговорила, пупс стал прислушиваться к моему голосу. — И твою тягу к этому... этому... — на языке так и крутилось матерное слово...
Приходилось стискивать зубы, чтобы не выражаться при сыне. Порой мне казалось, что кроха все прекрасно понимает, только высказаться пока не имеет возможности. Пришлось тщательнее подбирать следующие слова.
— Жаль, что он не почувствовал кровную связь с тобой. Возможно, это решило бы множество проблем...
— Офигеть! — я дернулась и подпрыгнула от неожиданности.
Вот черт! Черт! Черт! Черт! Только этого мне и не хватало для полного счастья. Обернувшись, увидела ошарашенную Мили. Она растерянно хлопала глазками и раскрыла рот от удивления.
— Но он ведь не пахнет... Ну... Вернее... Я не чувствую родства! — воспротивилась Мили, в упор смотря на Каина, вероятно пытаясь в нем рассмотреть знакомые черты.
Крылья носа пумы затрепетали, и она шумно вдохнула. Нахмурилась. Повторив еще несколько раз, проворчала себе под нос:
— Вот кобель.
Мили захлопнула рот ладошкой, когда Зоя потянула маму за руку.
— Прости, не сдержалась, — обратилась к дочери.
Девушка пребывала в шоке и даже не пыталась этого скрыть. Эмоции ее скакали, как на горках, начиная от радости, заканчивая свирепой ненавистью. Мягкий рык прогремел в груди Мили. Отпустив руку Зои, она потянулась к Каину. Пупс, оценив обстановку, прильнул ко мне, пряча крошеную головку у меня на груди.
— Он своенравный. И, если чего-то не хочет, будет капризничать. Каин очень привязан ко мне, и я была очень удивлена, что он так легко доверился Вику. Наверно, смог почувствовать в нем родного человека.
