Она быстро поняла, что мужчина –это не робот, которому достаточно функций «вошел/вышел» и ему нравится расширять границы удовольствия. Ее полные губы сначала неловко, робко, а потом все азартней касались моего члена, заставляя каждый раз сдерживать дрожь вожделения. Надолго меня не хватало. Ее взгляд срывал крышу - немного удивленный и радостный, как у ребенка, получившего долгожданную игрушку. И я заваливал ее, накрывая ее собой, будто боясь, что убежит, и вбивался в податливое и отзывчивое тело, как сумасшедший. Она будто и, правда, сводила меня с ума, пробуждая какие-то звериные инстинкты. Хотелось скручивать ее, сжимать, оставляя отметины. Прогибать, бесстыдно раскрывать ее, удерживая ноги чуть ли не в шпагате. И в ответ получать жаркие стоны и хриплое «еще».
Но в тот день маленькая проказница была сама не своя. Ткнувшись носом в мою шею, она прошептала привычное «Я соскучилась»
- Ты что, экзамен не сдала? – почуяв неладное, я спросил первое, что могло прийти в голову.
- Нет, все хорошо, - однако тоскливый взгляд побитой собаки говорил об обратном…
- Камила, я тебе не мальчик, чтоб уговаривать. И «Опути – не опутю» меня откровенно бесят. Мы с тобой встречаемся, хоть и тайно, поэтому давай сразу выкладывай, - меня эта малышка привлекала, прежде всего, отсутствием «комплекса блондинки». Это я называю условно. Цвет волос здесь не при чем. Это манера поведения. Игра в молчанку, надутые губы, мол, сам догадайся, в чем виноват. Сломанный ноготок, как повод для печальки на весь вечер. Увольте, кому-то, может, и нравится, но я от таких держусь подальше.
И сейчас эта спокойная, уравновешенная девочка, с трезвой головой и умением адекватно на все реагировать, решила мне устроить мастер – класс типа «Я такая куколка».
- Все хорошо, - упрямо повторила она, поджав губы.
- Еще одно «хорошо», я тебе вызову такси, и поедешь сразу к тетушке, удивишь ее отсутствием семинаров, дополнительных занятий, факультативов, - может быть, излишне жестко пригрозил я, зато она откровенно разревелась и приготовилась к диалогу.
Я пожалел, что вспылил и притянул ее к себе, поцеловав в носик.
- Данил, - снова всхлипывает она.
- Это что, проверка связи? Я Данил, и я тебя внимательно слушаю.
- Я не смогу без тебя, - почти прошептала она. – Я не смогу с другим быть. Я просто умру от тоски.
- Эй, малыш, ты куда это собрался? – я попытался пошутить, но вышло очень неуклюже.
- Данил, - она сжала мою руку. – Родители решили, что я должна лечь в клинику и восстановить девственность. Сейчас, оказывается, многие так делают. Ведь отказаться от брака и не объяснить причину отец бы не смог. А если бы объяснил, то потерял бы репутацию. Поэтому, как только получу диплом, я должна буду уехать.
Все, что я услышал, не укладывалось у меня в голове. Дикость. Дикость. Еще раз дикость.
- Не плачь. Из любого положения есть выход. Дай мне подумать.
И снова она наградила меня тем взглядом, от которого хочется совершить подвиг, перевернуть землю или на руках пройтись по парапету.
И в голове был только один геройский план.
- Камил, а у вас же невест похищают?
- Что? – переспросила она, изумленно взмахнув ресницами.
- Я спрашиваю, невест вас похищают?
- Да! И очень часто.
- Тогда я тебя украду и женюсь на тебе. Я понимаю, что в глазах родителей москвич – не тот жених, которому рады. Но после драки кулаками ж не машут. Как там вас принято, посреди бела дня, чтоб все видели, что ты была против. Да?!
- Ты серьезно?! – казалось, от возбуждения и волнения она забыла, как дышать. – Данил! Ты серьезно?!
- Милка. Я серьезными вещами не шучу. Я, конечно, не так себе представлял свою свадьбу, но если другого выхода нет, то я готов перенять лучшие традиции джигитов. Будем воровать невесту.
Камила трогательно улыбнулась, но в глазах еще металось беспокойство и неверие. Она уже словно шагнула за ту черту, которая отделяет ее беззаботную и счастливую молодость от трясины семейной жизни с нелюбимым старым мужем, и теперь балансирует на грани.
- Не надо воровать. Достаточно прислать фотографию странички, где будет стоять штамп «зарегистрирован брак». А отец уже сам потом пусть придумывает, где, как и кто меня украл. В конце концов, у меня не спрашивали согласия на брак.
Она бросилась мне на шею и крепко прижалась, как напуганный ребенок.
- Данил, прости меня! Я, получается, сыграла на твоем рыцарстве. Другие, чтоб заполучить мужа, изворачиваются и беременеют. А ты тоже предложил мне жениться, чтобы не бросить в беде. Мы слишком мало знакомы, и если ты поймешь, что я не та женщина, которая тебе нужна…. Если я не смогу стать той, которая тебе нужна…, - она замолчала. Потом тихо добавила: - Мы разведемся. Главное, что я туда больше не вернусь. Я буду работать, сама себя обеспечивать. Лучше буду одна здесь, чем там в окружении и своей, и приобретенной родни.
Она поежилась.
- Нет, если бы ты не предложил мне выйти за тебя, я б просто умерла.
И Данил, давай договоримся.. , - она снова вскинула на меня свои глаза, казавшиеся бархатными в тени густых ресниц. – Перед ЗАГСом мы подпишем брачный контракт.
