— Да, потому что я хорошо знаю твой запах. Твоя мама наверняка это почувствует. С таким количеством людей здесь, другим может оказаться трудно учуять его, особенно если они думают, что ты ещё не запечатлён.
Он сел на перевёрнутую бочку с маслом и улыбнулся мне.
— Пол был прав. Каковы были шансы, что мы запечатлимся в одну и ту же ночь?
— Выше, чем вероятность того, что оборотень запечатлится на человеке, — ответил я.
Его улыбка погасла.
— Ты не сказал мне, что произошло дальше. Ты с ней разговаривал? Что она сказала?
— Я разговаривал с ней, но не сказал ей о запечатлении. Не думаю, что она примет меня как свою пару.
Я плюнул и рассказал ему о том, как поцеловал её и как она убежала. Я никогда не делился тем, что происходило между мной и другими девушками, с которыми я был. Но сейчас всё было по-другому, и мне нужно было с кем-то поговорить об этом. Я высказал свой страх, что она не захочет меня из-за того, кем я был.
— Ты этого не знаешь. Я видел, как ей было комфортно с тобой прошлой ночью, и сомневаюсь, что она впустила бы тебя в свой дом или провела бы с тобой день, если бы ты ей не нравился. И ты сказал, что она поцеловала тебя в ответ, а это значит, что ты ей нравишься. Насколько нам известно, её бегство может вообще не иметь ничего общего с тем, кем ты являешься.
Надежда вспыхнула в моей груди.
— Она всерьез считает Лексу моей девушкой из-за того, как та прижималась ко мне. Я сказал ей, что у меня с Лексой ничего нет, но, возможно, она мне не поверила.
Пит задумчиво кивнул.
— Лекса метила территорию, и она довольно агрессивна. Она могла спугнуть Эмму.
Я прислонился к "Шевелл".
— Так что же мне делать?
— Думаю, тебе стоит поговорить с бабушкой, прежде чем ты снова увидишь Эмму. Если кто и знает о запечатлении оборотней с людьми, так это она. Или ты можешь поговорить с папой. Как Альфа, он может что-то знать.
Я поморщился. Меньше всего мне хотелось говорить об этом с Максвеллом.
— Бабушка подойдёт.
* * *
Как мать Альфы, бабушка во время своего визита жила в доме Максвелла, но половину времени проводила у нас. Она была у нас дома и пекла с мамой, когда я вернулся поздно вечером.
— Как раз вовремя, мой мальчик, — крикнула бабушка, как только я вошёл в дом. — Я приготовила твоё любимое блюдо.
Я вошёл в кухню и обнял её. Она заставила меня сесть и поставила передо мной огромный кусок яблочного пирога. Мама налила мне высокий стакан молока и улыбнулась, когда я сказал, что мне уже не пять лет.
— Что печёте на этот раз?
Я оглядел кухню, разглядывая пироги и свежий хлеб, расставленные по всем доступным поверхностям.
— Сегодня вечером пикник у Брендана, — сказала бабушка.
— Очередная вечеринка?
Мать строго посмотрела на меня.
— Я говорила тебе об этом вчера утром.
— Извини, мам, но я не могу за всем этим уследить.
Не говоря уже о событии, изменившем мою жизнь с тех пор. Удивительно, что я помню, какой сегодня день.
Бабушка оторвала взгляд от теста, которое раскатывала.
— Почему ты не ешь? Ты заболел?
— Нет, — я встретился с ней взглядом. — Мне нужно с тобой кое о чём поговорить. С вами обеими.
Мама вытерла руки о фартук.
— В чём дело?
Я сглотнул.
— Что вы двое имели в виду, когда сказали, что мой волк знает моё сердце и выберет того, с кем мне суждено быть?
— Ты всё ещё беспокоишься об этом? О, дорогой, — мама подошла и обняла меня. — Да, мы это и имели в виду. Твой волк не... — она отстранилась и положила руку на сердце. — Твой запах... ты запечатлён.
— Да.
Она опустилась на стул рядом со мной.
— Кто? Когда?
Бабушка оставила свой пирог и присоединилась к нам за столом. Своей морщинистой рукой она накрыла мою.
— Не будь так мрачен, мой мальчик. Это не конец света.
— Я знаю.
Меня не огорчил выбор моего волка. Мне нравилась Эмма, и прошлой ночью она воспламенила мою кровь одним лишь поцелуем. Меня беспокоило то, что происходит, когда волк запечатлевается на человеке, и я боялся, что она отвергнет меня из-за того, кем я был.
Бабушка нахмурилась.
— Тогда почему у тебя такой вид?
— Она тебе не нравится? — спросила мама. — Кто она?
Я медленно выдохнул.
— Прежде чем я дойду до этого, мне нужно сказать вам, что я проводил время с человеческой девушкой, и у меня есть чувства к ней.
— Ох, Роланд, — мама прикрыла рот рукой. — Прости, дорогой. Почему ты мне не сказал?
Я пожал плечами.
— Я знаю её не так давно, и мы просто друзья. Я не ожидал, что буду так дорожить ею.
— Ты ходил с ней в школу?
— Это Эмма.
Она недоверчиво посмотрела на меня.
— Кузина Сары?
— Да.
Её глаза затуманились.
— Я понимаю, почему ты расстроен. Но ты же знаешь, что между вами ничего не могло быть. Лучше уж это случится сейчас, пока вы двое не увлеклись друг другом и оба не пострадали.
— Откуда ты знаешь, что ничего не могло быть? — спросил я её. — Ты сказала, что мой волк знает моё сердце. А что, если я захочу, чтобы Эмма стала моей парой? Мог ли он выбрать человека?
— Твой волк запечатлелся, — сказала бабушка. — Размышления о том, что могло бы быть, этого не изменят.
— И всё же. Может ли оборотень иметь человеческую пару?
Бабушка всплеснула руками.
— Такое бывает редко, но случается.
Мой пульс подскочил.
