Я оглядела кафе, пока не заметила Эйприл и Шеннон, машущих мне из угла. Я улыбнулась и подняла руку, давая им понять, что увидела их, а затем подошла к прилавку, чтобы заказать напиток.
Я всё ещё не могла поверить, что пью кофе с двумя оборотнями. Шеннон и Эйприл казались милыми, но буквально месяц назад я никогда бы не подумала, что сделаю это. Я намного продвинулась.
Чересчур намного, если судить по субботнему вечеру. В животе дико затрепетало, стоило мне вспомнить поцелуй с Роландом. Каждая деталь этого момента запечатлелась в моем мозгу, и с тех пор я прокручивала его снова и снова. Безрассудная часть меня, которая не заботилась о последствиях, задавалась вопросом, что случилось бы, если бы я не ушла. Осторожная сторона меня твердила, что я поступила правильно, как бы мне ни хотелось остаться.
Я взяла латте и присоединилась к девочкам в уютном уголке, который оказался достаточно большим, чтобы вместить три кожаных кресла и маленький круглый стол.
— Я так рада, что ты смогла прийти, — сказала Шеннон, когда я бросила сумку на пол и села.
Я сразу же заметила в ней какие-то перемены. Она выглядела всё так же, но вокруг неё было такое сияние, словно её распирало от счастья.
— Я тоже рада, что получилось, — я сделала глоток латте и улыбнулась. — Просто потрясающе.
Шеннон широко улыбнулась.
— Говорила тебе. Я готова переехать сюда только ради кофе.
— Переехать сюда? — лукаво переспросила Эйприл. — Полагаю, не стоит предполагать, что некий симпатичный рыжеволосый имеет к этому какое-то отношение.
Шеннон усмехнулась за своей чашкой.
— Если я не скажу тебе в ближайшее время, я взорвусь. Это случилось.
Эйприл взвизгнула, и они обе вскочили, обнялись и рассмеялись. Я не знала, что это было, но видимо это было важным, если они были так взволнованы.
Они снова сели, и Шеннон улыбнулась мне.
— Судя по выражению твоего лица, ты и понятия не имеешь, о чём мы говорим.
— Ни малейшего.
Она склонилась ко мне и понизила голос.
— Питер рассказал мне о тебе и твоей кузине, и о том, что ты знаешь о нас.
Я прикусила губу и кивнула.
— Как много ты знаешь об оборотнях? — прошептала она.
— Не так уж и много. А что? — я сделала глоток из своей чашки.
— Попробую найти лучший способ объяснить это. Я никогда раньше не говорила о нас с человеком, — она неуверенно рассмеялась. — Извини, я немного нервничаю.
Мои глаза распахнулись.
— Почему ты нервничаешь рядом со мной?
— Я не хочу говорить ничего такого, что заставило бы тебя думать, что мы странные и отпугнуть тебя.
Из меня вырвался смех.
— Ты превращаешься в волка. Сомневаюсь, что всё, что ты мне скажешь, будет куда страннее этого.
Эйприл фыркнула, и Шеннон жестом пригласила нас сесть поближе. Мы с Эйприл сдвинули наши стулья, подсаживаясь максимально близко к ней.
— Ладно, — начала она. — Если ты мало знаешь о нас, то, наверное, не знаешь, как мы запечатлеваемся.
— Слишком много информации, — Эйприл передразнила её.
Шеннон покраснела.
— Я не имею в виду физическую часть. Я имею в виду, как мы находим свою пару. Когда волка-самца влечёт к неспаренной самке, он запечатляется на ней и заявляет на неё права, чтобы все остальные самцы знали, что она его.
Я переводила взгляд с одной на другую.
— Заявляет права? — это звучало как владение, и мысль о том, что кто-то владеет мной, заставила меня содрогнуться.
— Он накладывает на неё свой связующий запах, — объяснила Эйприл. — Если он в волчьем обличье, он трётся об неё. Запах уникален, поэтому другие самцы будут знать, что он запечатлён на ней.
— Ох, — всё оказалось не так плохо, как я ожидала. — А что будет, если он наложит отпечаток на ту, у которой уже есть пара?
— Мужчины могут запечатлеваться только на женщине, которая не была запечатлена или спарена, — сказала Шеннон.
— Может ли женщина запечатлеться на мужчину? — спросила я, завороженная.
До встречи с Роландом и Питером, я видела в оборотнях только убийц, и никогда особо не задумывалась об их личной жизни.
Эйприл поморщилась.
— Только мужчины могут запечатлеться.
— А если он тебе не понравится?
— Мы не обязаны принимать его в качестве пары, но такого никогда не происходит, — сказала Шеннон. — Обычно сначала между парами возникает некоторый интерес. И запечатление создаёт связь, которой довольно трудно сопротивляться, — она прочистила горло. — Мужчину и женщину тянет друг к другу... физически.
Эйприл вмешалась в разговор.
— Думай о запечатлении как о помолвке. В отличие от вас, людей, наши феромоны переходят в овердрайв, заставляя нас спариваться, — она усмехнулась и толкнула Шеннон плечом. — Это очень короткая помолвка.
Щёки Шеннон снова порозовели.
— Да.
Теперь её волнение обрело смысл.
— Значит, Питер запечатлелся на тебе? Поздравляю.
— Благодарю, — она приложила руку к груди. — Мне так повезло. Я беспокоилась о том, что скажет его отец, но он был очень мил.
— С чего бы им возражать против тебя?
Всё это выглядело так, будто не было ничего такого, что кто-то мог бы сделать, как только мужчина принял решение.
