А кроме запахов был ещё и звук… множество капель падали на листья, траву, на землю и в лужи, каждая звучала по-своему. Это, конечно, человеку не расслышать, зато можно оценить результат их общих усилий – шорохи, лёгкие дождливые шлепки, словно этот самый дождь – это какое-то живое и непоседливое существо, прыгающее по всему, куда попадают его серые мокрые лапки.
Мишка открыл глаза и уже совсем по-другому посмотрел на сад. – Хорошо, да?
– Ещё бы! – кивнула бабуля. Мишка мог бы поклясться, что Фёдор тоже кивнул, хотя, тут же опомнился и принял обычный невозмутимый вид. – Вот ты и поймал своё первое дождливое счастье.
– Оно ещё и разное? – Мишка уже не считал, что это ерунда – припомнил вдруг, как в японских аниме герои стремятся любоваться сакурой. Он-то думал, что это что-то такое экзотическое, а потом выяснил, что просто вишня. Специально полез в инет и ещё больше удивился, узнав, что единственное отличие этой самой сакуры от нашей вишни, в том, что, как правило, сакура не даёт съедобных плодов.
– Столько шума из-за того, что у нас цветёт так же, да ещё и ягоду вкусную даёт… – недоумевал он.
А вот теперь он понял:
– Это они так счастье ловят. У них страна маааленькая, народу много, вот они и радуются хоть чему-то…
Он подумал-подумал, да и изложил это бабуле и Фёдору. Рассказал и опять удивился, осознав, что ему никогда не приходило в голову поделиться мыслями с мамой или отцом, а про Нику и говорить нечего!
– Ну, да… Так и есть. Я тебе больше скажу! Я как-то общалась с группой японских туристов, которые к нам приезжали. Один из них ногу вывихнул на турбазе, а я там отдыхала – вправила, но денег не взяла. Они изумились немыслимо, всё пытались заплатить. У них вообще странное отношение к реальности. Если тебе кто-то что-то сделал – значит, ждёт или оплаты, или ответной услуги. Раз я денег не взяла, они всё старались понять, что они должны для меня сделать. Едва-едва сумела им объяснить, что ничего не надо! Вот они, видимо от изумления и разговорились – вообще-то они с гайдзинами не откровенничают.
Мишка навострил уши – он аниме-то любил, а сам ни разу с японцами не общался.
– И чего они говорили?
– Удивлялись нам. Никак понять не могли, зачем куча русских туристов едет любоваться их сакурой, если у нас самих есть непомерных размеров вишнёвые сады, да они ещё и пахнут! Да, Миш, я тоже не знала, что сакура эта самая не пахнет. Что ягод нет, я знала – она и у нас иногда выращивается, как декоративное растение, а вот, что совершенно не пахнет, и понятия не имела.
Мишка аж головой помотал. – Слушай, а ведь правда… Чем наши вишнёвые сады хуже-то?
– Всем лучше – это мне сами японцы взахлёб рассказывали. Цветы, размах, запах, всё лучше! Единственное, расстояния наши их приводят в трепет – пугают, а вот кухня неожиданно понравилась. Уплетали за обе щёки пироги с мясом, шашлыки, грибы. Они вообще, в отличие от европейцев грибов не боятся. Один чудак осторожно попробовал чак-чак с мёдом – был в таком восторге, что подтянулась вся группа, и смели всё, что им на подносе к чаю выставили.
– Вот это липкое до слипания? – изумился Мишка.
– Именно! Японцы ещё и пытались купить его с собой! А потом опять чуть в не обморок падали, когда им повариха на следующий день просто подарила целый пакет этого липкого, как ты говоришь – она специально для них сделала. Кстати, они и едят не так, как мы – смакуют!
– Тоже счастье ловят? – рассмеялся Мишка. – Ой, а правда, там же в этих… Ну, в аниме они ж столько времени тратят на то что едят и как готовят…
– Именно! И вот тут они правы. Счастье надо ловить и радоваться ему, а не заглатывать, переваривать и выкидывать прочь, даже не распробовав!
Мишка решил попробовать сходить на охоту за счастьем! Он посмаковал позднюю землянику, найденную на маленькой светлой полянке. Сначала-то просто хотел слопать, ну как обычно – закинул в рот и забыл. А потом вспомнил про изумлённых чак-чаком японцев, рассмеялся, уселся на полянке, взял несколько ягодок, положил в рот и глаза закрыл.
Он съел этим летом кучу ягод, но они абсолютно не запомнились, а тут… – Да, это я точно буду вспоминать как счастье! – улыбнулся Мишка сам себе. – Я запомню это… Запах земляники, еловую ветку, тепло…
И на рыбалке он изловил не только молодую щучку, подлещика и двух карасей, но и своё особое речное счастье…
И в лесу он нашел его, и даже в мурлыканьи Фёдора, который, утомившись на прогулке, пришел к нему под бок и самозабвенно запел.
Он не знал, что Фёдор пел тоже не просто так. Он тоже поймал своё счастье и наслаждался им.
У Крока и Дила теперь хватало дел! Можно было побегать с Лизой на прогулке, а потом, когда она помогала будущей свекрови, или гуляла с Андреем, или они с мамой ходили за грибами-ягодами, псы шли к соседям.
