– Возьми! – Нина долго думала накануне, уместно ли что-то дарить Владимиру. В конце концов, они едва знакомы, но неловко идти в гости без подарка. Сделать что-то с нуля она, конечно же не успела бы, но у неё давно лежал недоделанный «долгострой» – несложный с виду массивный брелок для ключей, который открывался, словно в кожаном прямоугольнике возникало окошко с дорогой. Рисунок оставался незаконченным долго, и Нина только вчера вечером сообразила, что должно быть в том месте, куда стремилась дорога.
– Он открывается, – Нина чуть потянула за хлястик, и брелок открылся, показывая…
– Дом в конце дороги! – изумился Владимир. – Невероятно!
Ничего невероятного не бывает, когда для этого приходит время, и Рождественская ночь знает об этом совершенно точно!
Глава 16. Лисьи хитрости
Бывают ночи разные, сонные, шумные, празднично-весёлые, а эта была празднично-тёплая и радостная, ласковая и негромкая, со светом свечей и камина, с вкусной едой, посапыванием собак, громким мурлыканьем сводного кошачьего хора, шушуканьем близнецов и Мишки.
– Ниночка, извините, у нас нет для вас подарка… – расстраивалась Людмила.
– Нет, что вы! Как же нет! Есть! – Нина обвела рукой стол и комнату. – Это уже, знаете, какой подарок! Спасибо, что вы нас пригласили, а больше ничего и не надо! Для меня, если честно, сделать что-то в подарок несложно – я же умею…
– А вот как ты это делаешь? Неужели же всё руками? – заинтересовался Владимир.
– Почему всё? Есть специальные машинки для кожи. Если шить сумки, или что-то большого размера, то машинку использую.
– Надо же… А какая машинка? Я у тебя, вроде, ничего такого не видел.
– Я не очень часто с ней работаю – она капризная, – Нина резала пирог и не обратила внимания на то, как Людмила одобрительно улыбнулась сыну, только что выяснившему, что можно подарить мастеру-кожевнику.
Он подмигнул матери, в самом деле, что можно придумать? Нет, любой другой девушке он бы подобрал подарок без труда, всё-таки две жены было – опыт, однако! Но Нине… Это же не Яна и не Ника, которая признавала только подарки, стоимость которых начиналась от определённой суммы, не сотрудница или представитель контрагентов. Тут голову сломать можно, а сама точно ничего не попросит, это он уже понял. Понял, поэтому и обрадовался тому, что идея так легко пришла в голову.
Раз проблема была решена, настроение и без того хорошее, несмотря на недавнее свидание со ступенями крыльца, стало просто замечательным. Почему-то показалось, что ему можно разговаривать легко и не задумываясь, так, как он мог себе позволить разве что в студенческие времена. Дальше-то он женился, родился Мишка, Яна требовала денег, да не просто, а больших денег. Бизнес, начатый с нуля, требовал времени, сил… нет, даже не так! Всего времени и всех сил, что у него были. Какая уж там лёгкость… Он почти забыл, как это бывает, а вот поди ж ты! Всё вспомнилось в эту Рождественскую ночь, да так, словно он и не забывал этого никогда.
– Ну, по-моему, пока всё идёт неплохо… – тихо констатировала Поля, воспользовавшись тем, что Мишка отошёл к столу.
– Да, вроде разговаривают нормально! Для взрослых-то поговорить важно.
– Можно подумать, что для нас неважно… – фыркнула Поля.
– И для нас важно, только у нас проще – нет слов, можно треснуть для облегчения понимания, ну или наоборот, вон, как с Лёхой. Поссорились – протянул ему шоколадку, и он понял, что я того… извиняюсь я!
– Да, только это не помешало ему разболтать в классе всякие секретные вещи! – Полина сказала, а потом сама об этом пожалела – очень уж брат расстроился. Нет, оно понятно, что она с ним дружит, но она-то сестра, девчонка, а брату, наслушавшемуся рассказов отца про лучшего отцовского друга, для счастья «нормального парня» в приятели нужно. Поля многие интересы брата разделяла, но вот от футбола не фанатела, и от машин с ума не сходила. Изображала, конечно, лютый восторг, только надолго её сил не хватало!
И тут она глянула на довольного Мишку, который волок от стола большущее блюдо с лакомствами.
– Народ, налетаем! Я на всех приволок!
– Тыкс… А это вот у нас кто? Парень? Без сомнения! Нормальный? Вроде да… – Полина придирчиво осмотрела Мишку. – А что если…
Пашка, в свою очередь, задумался о сестре.
– Это ж какое-то тихо-караульное состояние! – вздыхал он. – Кого не возьми, в Польку влюбляются. И все какими-то придурками сразу становятся! Бабуинами! Вот, тот же Лёха, к примеру! Он же не просто так разболтался, а от злости, что его Полинка послала и в кино с ним не пошла.
Пашка понимал, откуда проистекает такая неотразимость сестры. Нет, она симпатичная, конечно, но не первая красавица. Зато, она не фыркает и нос не задирает, когда с ней мальчишки разговаривают, и принцессу из себя не изображает, и вообще, с ней не страшно! Ну, то есть подойти не страшно – она какая-то свойская. Правда, по морде, если что, даст так, что мало никому не покажется. Недаром с ним на рукопашный бой ходит.
