«– Когда я последний раз спала? – подумала девушка, хотя прекрасно знала, что точно не сможет заснуть в ближайшие несколько дней и ночей. – Так стоп! Всего одну ночь!»
«Ночь… Выстрел….Тьма»
Кате страшно захотелось забыться, вместо того чтобы снова оказаться в той злополучной квартире, но холодный и властный голос вернул девушку обратно в жестокую реальность.
– Дочитали? Понравилось, Екатерина Георгиевна?
Катя оторвала взгляд от пола, и посмотрела на обращавшегося к ней мужчину, пытаясь при этом вспомнить, кто это такой, где она находиться и сколько времени уже прошло с момента самоубийства помощника следователя Ульянова.
На первые два вопроса, заржавевший мозг девушки таки выдал информацию. Но вот на третий она не смогла бы ответить при всем желании. Окон в комнате для допросов не было, а биологические часы девушки просто взбесились, и каждую секунду выдавали диаметрально противоположную информацию: от нескольких минут, до нескольких лет.
С другой стороны стола от Кати сидел старший следователь уголовного розыска Киева Панасовский Сергей Александрович. В свои 37 лет он был самым перспективным оперативным работником Киева и всей Украины. Строгий костюм и стрижка ежиком делали его больше похожим на элитного киллера, чем на сотрудника уголовного розыска. Он был почти «звездой», успевшей прославиться на все постсоветское пространство, и именно его в спешном порядке решили отправить в Харьков, справедливо полагая, что если кто и может разгрести все это дерьмо, то это следователь Панасовский.
Кроме него и девушки, в комнате для допросов находилось еще двое мужчин: одним из них был Катин адвокат, тоже в костюме, но уже успевший лишиться большей части своих волос. Он решил ограничиться вступительной речью в защиту прав своей клиентки, и до поры до времени молчал, по крайне мере пока Катя не начала говорить лишнего, а такой момент вскоре должен был наступить.
Четвертым участником сей дискуссии был ген прокурор Харьковской области, и по совместительству отец Кати, Лебедев Георгий Константинович. Из всех присутствующих на данный момент в комнате для допросов, он был единственным, кому находиться здесь, было явно не положено. Но Георгий Константинович был из тех людей, которые мягко говоря «срал» на то, что ему не положено делать.
Даже старший следователь Панасовский лишь для виду выразил свое несогласие с этим нарушением процедуры допроса, сразу поняв, что если он хочет допросить девушку, то в ближайшее время ему ПРИДЕТЬСЯ потерпеть присутствие еще и ее отца.
Катин отец, также как и ее адвокат, пока в основном молчал, предоставляя киевскому следователю вести допрос. События последних дней и часов, произвели гнетущее впечатление даже на него.
– Так что насчет статьи? – решил повторить свой вопрос киевский следователь, видя, что Катя «игнорит» все происходящее в комнате для допросов. – Мне всегда было приятно общаться с такими многогранными личностями.
– Мы уже пришли к выводу, – вступил в дискуссия Катин адвокат. – Что моя клиентка не является автором этого…, безобразия!
– Я этого и не говорил, – с небольшим раздражением в голосе сказал следователь Панасовский. – И впредь попрошу вас воздержаться от подобных эпитетов, когда речь идет о доведении до самоубийства сотрудника уголовного розыска!
– Да как угодно!
– А что, по-вашему, я не способна написать ничего подобного!? – уязвленная гордость журналиста вырвалась наружу.
– Катя, ради Бога, успокойся! – сказал ее отец. – И помоги нам поймать этого выродка!
– Успокоиться!? Этот кретин вынес себе мозги, прямо у меня на глазах. Как я могу успокоиться.
– Я попросил бы вас не забывать что вы говорите об оперативном…, – старший следователь Панасовский воспринял сложившуюся ситуацию как личный вызов, пускай он и не знал Дениса лично, и события разворачивались даже не в его городе.
– Тогда разбирайтесь с теми, кто всучил ему в руки оружие и значок!
– Разберемся, – рявкнул следователь. – Но сейчас мне нужно в первую очередь понять, почему убийца выпустил статью именно под вашим именем.
– Я не знаю!
– Но вы же не думаете, что Он выбрал вас просто за красивые глаза!
– Выражайтесь по конкретнее, пожалуйста! – подал голос адвокат. – Что вы имеете в виду?
– Психопаты вроде нашего парня, – начал с другого конца следователь. – Никогда и ничего не делают просто так. Он следил за вами, на протяжении нескольких месяцев. Может даже года. На момент самоубийства помощника следователя Ульянова, он знал о вас даже больше чем вы сами. И я почти уверен, что он общался с вами лично.
– Я уже вам говорила, что впервые увидела этого Сашу, перед входом в боулинг, когда того вели к коповской тачке. Потом мы разговаривали с ним лишь раз, в том кафе.
– Я имею в виду, – терпеливо продолжил следователь. – Что вы могли общаться с ним задолго до событий вчерашнего дня.
