– Программа защиты, запущенная их системным оператором. Нам надо выходить. Хотя я все еще могу обрушить их сайт. Хотите? Обожаю такие дела. У нас осталось десять секунд.
– Если мы сейчас выйдем, они догадаются, что на их сайт проникали?
– Нет. Семь секунд…
– Мы сумеем снова войти к ним?
– Да, конечно… Четыре… Три… Две…
– Тогда отключайся.
– Выполняю.
Тору нажал на клавишу. Его монитор на мгновение окрасился в желтый цвет, а затем потемнел.
– Все, вышли. – Он погрустнел. – И все-таки я не успел. Сработай я чуть быстрее, и мы скачали бы гораздо больше информации.
Наразаки похлопал его по плечу.
– Нет, ты добился огромного прорыва. Это был настоящий улов.
– Тору, тебе лучше взглянуть на это, – произнесла Мари.
Неоново-оранжевый луч пролетел по дисплею ее компьютера, как метеор проносится по ночному небу.
– Что происходит? – спросил я.
– Черт бы их побрал! Они использовали бинарный отражатель сигнала. В общем, засекли нас тем же методом, какой я использовал для входа в их систему. Не пойму, как они разобрались в моей маскировке.
– Значит, им теперь известно, что кто-то к ним влез?
– Увы, да. Уж извините.
– Но они не смогут определить, что это было сделано именно отсюда?
– Нет. Я вовремя отключился.
– Они все равно сообразят, – вздохнул Нода.
– Ты думаешь?
– Уверен.
Теперь нам оставалось только занять круговую оборону. Принять исключительные меры предосторожности.
После попытки похищения было возможно абсолютно все, и мы представления не имели, что в следующий раз предпримет Сога. В одном у нас не возникало сомнений: Сога без колебаний будет убивать даже женщин и детей, как и любого, кто мог иметь к расследованию самое косвенное и отдаленное отношение. А потому весь штат «Броуди секьюрити» перешел на режим чрезвычайного положения.
Настало время возвращаться в Сан-Франциско и поработать с Ренной. И конечно же, я стремился как можно скорее забрать к себе Дженни. Я сам позабочусь о ней лучше всех. Мне очень хотелось снова оказаться с дочерью дома, расчесывать ее волосы, готовить яичницу, от которой она так потешно чихала. Мне претила ситуация, при которой Дженни охраняли чужие люди, а я находился далеко от нее.
Но прежде чем покинуть Японию, следовало довести до конца одно важное дело. На следующее утро я позвонил в офис Хары, и когда мне сообщили, что хозяин вернулся с Тайваня, но всю оставшуюся неделю очень занят, я предупредил секретаря, что явлюсь к нему в приемную прямо сейчас. И если Хара не примет меня, то я и еще десяток сотрудников моего агентства разобьем лагерь на пороге его кабинета, но добьемся встречи. И не могу обещать, что мы будем вести себя тихо. Ответившая на звонок девушка оказалась понятливой, и через несколько минут время аудиенции было мне назначено.
Корпорация «Комптел Ниппон» занимала верхние три этажа башни в Западном Синдзюку, а кабинет хозяина располагался в пентхаусе, венчавшем здание подобием короны. Прохладные постмодернистские серебряные и серые тона доминировали во внутренней отделке. Кресла с каркасами из полых металлических труб были установлены вдоль мраморного стола, напоминавшего окраской раковину устрицы размером с хороший бассейн. У дальней стены стоял диван с волнистой полиуретановой набивкой и отделкой, похожей на слоновью шкуру. Единственным более ярким пятном в этой комнате бросалась в глаза висевшая над диваном картина Джексона Поллака. С восточной стены, сверкая своей серебристой прической, на посетителя взирала «Черная Мэрилин» работы Уорхола. Две другие стены образовывали стеклянные панели от пола до потолка, открывая великолепный вид на Токийский залив и гору Фудзи. Рядом со столом хозяина, стараясь не выглядеть как всего лишь еще один предмет меблировки, возвышался телохранитель, с которым я легко расправился в Сан-Франциско. Его присутствие мало способствовало созданию доверительной атмосферы.
– А, так мы все-таки умеем сохранять и вертикальное положение, – мимоходом бросил я.
Он ответил мне взглядом, в котором я не прочитал не только неприязни, но даже узнавания, что, признаться, меня озадачило.
Хара сидел за дальним краем «бассейна», скрестив руки на груди. Навстречу мне он не поднялся.
– Добро пожаловать, мистер Броуди! Какая радость, что вы нас навестили.
В волосах магната не было больше видно той снежной пряди, которая бросилась в глаза при первой встрече у меня в магазине. Черные волосы с легкой сединой на висках – как на журнальных портретах. Таким был, вероятно, их естественный цвет до того, что случилось в «Маленькой Японии». Новая седина тогда пробилась за одну ночь, но ему пришлось срочно вылететь в США, и времени на окраску не нашлось. Теперь же он все привел в надлежащий вид.
– Не могу сказать, что разделяю вашу радость.
Хара нахмурился.
– А вы остры на язык. Но, помнится, один из моих информаторов предупредил меня, что вы, к сожалению, человек несдержанный и вздорный.
– Это помогает не слишком сближаться с клиентурой.
– Несомненно. Могу я предложить вам что-нибудь выпить?
