– Я думаю, – решил прокурор, – нужно провести следственный эксперимент, вставить одного человека у бани Бочкина, другого – в доме Симагиной, а кто-нибудь будет кричать около дома Тишкиной. Вы поняли, Кирилл Александрович?
– Да, – кивнул Попов.
– Хорошо. Во-вторых, подозрительно то, как долго она искала Саврасову, почти полчаса, по её словам. Ведь ясно, что на поле никого нет, так что же там делать столько времени? – вопросил прокурор.
– Вы просто не знаете Образцову, – сказал следователь. – Она могла быть там десять минут и при этом думать, что прошло полчаса, и наоборот. К тому же Бочкин показал, что видел её минут тридцать пять третьего.
– Это ничего не значит. Бочкин мог ошибиться или соврать. Это хороший способ обеспечить себе алиби. Его я тоже подозреваю.
– Но как бы он смог точно назвать время, если бы действительно не видел Образцову? Она же подтверждает, что проходила через поле примерно в это время.
– Да, верно, я не подумал, – нехотя согласился Ермолкин. – Однако, Кирилл Александрович, никто не видел у бани самого Бочкина. То, что он там находился, известно нам только с его слов.
– Значит, вы думаете, что её убил Бочкин, а нам соврал, что был у бани? – задал вопрос Дудынин.
– Я уже сказал вам, – раздраженно ответил прокурор, – что понятия не имею, что произошло на самом деле. Я только показал, что алиби Бочкина лопается, как мыльный пузырь, при ближайшем рассмотрении. Да, у него было больше времени для совершения убийства, чем у других, но это вовсе не означает, что он убийца.
– А что вы скажете о странном вечернем приключении Тишкиной? – изменил направление беседы Дудынин, видя, что Ермолкин начинает закипать.
– Вся эта история мне кажется довольно сомнительной, – ответил прокурор. – Заметить, что человек хромал, и не распознать даже его пол? Вам не кажется это странным?
– Вы думаете, Образцова это придумала? – вступил в разговор Попов.
– Вряд ли. Скорее всего, Тишкина или все придумала, или рассказала не всю правду.
– А почему вы думаете, что не Образцова сочинила эту историю? – с любопытством спросил Попов.
– Потому что ей не для чего было это делать.
– Но если она убийца, то почему бы не бросить подозрение на кого-нибудь, сочинив эту байку?
– Да ведь она ни на кого не бросила подозрение, – объяснил прокурор. – Если бы она этого добивалась, то она подставила бы конкретного человека.
– Она рассказала о том, что тень хромала, а в деревне хромает только Евсеева.
– Нет, все это полная бессмыслица, – отверг предположения Попова прокурор.
– Но зачем Тишкиной было вводить в заблуждение Образцову? – с сомнением спросил Дудынин. – По-моему, в этом нет никакого смысла.
– Вы забываете, коллега, о статусе этой Образцовой в деревне, – игриво усмехнулся Ермолкин. – Она же жуткая сплетница.
– Ну и что? – недоумевал Дудынин.
– А то, что если бы Тишкиной нужно было, чтобы об этой истории узнала вся деревня, то кому же рассказать, как не Образцовой. Она бы сразу всем пересказала.
– Действительно, похоже на правду, – согласился Дудынин.
– Ну хорошо, Олег Константинович, а что вы скажете о записке и часах?
– А почему вы меня спрашиваете? – недовольно отозвался прокурор. – Кирилл Александрович ведет это дело, вот пусть он и объясняет.
– Записка сейчас на экспертизе, – вступил в беседу Попов. – Я также передал эксперту образцы почерков всех подозреваемых.
– Хорошо, – одобрил Дудынин.
– Ничего хорошего, – встрял прокурор. – Экспертиза до сих пор не проведена, а вы говорите «хорошо».
– Я только вчера передал эксперту образцы почерков жителей, – пояснил Попов.
– Нашли повод хвастаться. Это надо было сделать давным-давно.
– Извините, Олег Константинович, – буркнул следователь.
– Ладно, оставим это. Что вы думаете о записке?
– Ну, учитывая возраст Тишкиной, не думаю, чтобы ей назначил свидание поклонник, хотя у неё был не совсем обычный образ жизни для шестидесяти лет.
– Ближе к делу, – перебил его прокурор.
– У меня появилась мысль, – продолжил следователь, недовольно покосившись на Ермолкина, – что с этим может быть связан Бочкин.
– Как? – с интересом спросил Ермолкин.
– В этот день Бочкин почему-то попросил Сапфирову сыграть в покер раньше обычного. Он сказал, что вечером занят. Вполне возможно, что он собирался встретиться с Тишкиной в это время, – и Попов вопросительно взглянул на аудиторию.
– Любопытная мысль, – заметил прокурор. – Вы спрашивали об этом Бочкина?
– Нет, Олег Константинович.
– Почему?
– Я решил дождаться результатов экспертизы.
– А почему вы думаете, что цифра 10 в записке обозначает вечернее время, а не утреннее? – поинтересовался прокурор.
– Я подумал, что встреча не состоялась. В противном случае она бы выбросила записку.
– Довольно, – прервал прокурор следователя. – Вы исчерпали себя. Теперь выскажусь я. Я думаю, что Тишкина в любом случае выбросила эту записку, но даже если нет, то мне непонятно, зачем ее надо было вообще писать. Проще назначить встречу устно.
– А если это было невозможно? – спросил прокурор.
– Мне трудно представить подобную ситуацию, – покачал головой Ермолкин.
