– Мы объявили обоих в розыск и разослали во все полицейские участки страны фотографии, полученные от миссис Миллар.
– Тоже мне решение! – фыркнул Джулиан. – Ради всего святого, каждый день пропадают сотни людей, их фотографиями забиты все компьютеры. Здесь же речь о похищении, которое совершил отец, агрессивный и психически неуравновешенный! Мы понятия не имеем, что он сделает мальчику! – Джулиан стиснул руку Анджелины. – Прости, дорогая, это следовало озвучить.
Джаз проигнорировала Джулиана и обратилась к Анджелине:
– Вы считаете своего бывшего мужа агрессивным человеком, способным причинить вред Рори?
Та подняла взгляд на Джаз, в глазах застыла мука. Наконец ответила:
– Нет. У Дэвида проблемы с выпивкой, но сына он обожает, чуть ли не до одержимости.
– То есть Дэвид одержим Рори? – не отступала Джаз.
– Нет, простите, я имею в виду… Дэвид очень любит Рори, как любой нормальный отец. Для него развод стал тяжелым испытанием. Это я виновата. Должна была понимать, в каком Дэвид отчаянии.
– Миссис Миллар, вам известно что-нибудь о травле, которой Рори подвергался в школе?
Анджелина округлила голубые глаза.
– Нет, неизвестно. По крайней мере, Рори ничего мне не рассказывал.
– Травля есть в любой школе, Анджелина, – вставил Джулиан. – Она была в Святом Стефане и в мое время. С ней надо научиться жить, а не плакаться родителям. Травля закаляет для будущих испытаний.
– Рада заметить, что большинство нынешних школ с вами не согласились бы, мистер Форбс, – холодно ответила Джаз, раздраженная его бесчувствием. – Для них решение этой проблемы – задача первостепенной важности, и я уверена, что школа Святого Стефана – не исключение.
– Не сомневаюсь. Я лишь о том, что искоренить травлю до конца невозможно. Мальчики всегда останутся мальчиками. – Джулиан похлопал Анджелину по ладони. – Рори наверняка ничего тебе не рассказал бы, дорогая, так что не кори себя за незнание.
– Зато Дэвид мог знать. Потому-то он и примчал сюда на прошлой неделе, из-за странного телефонного звонка Рори. Дэвид за него волновался, хотел обсудить со мной…
– Я выставил его за дверь, – заявил Джулиан. – Он был ужасно пьян, и я не собирался терпеть его в своем доме. В следующую нашу встречу Дэвид орал на весь Фолтсхэм, грозил меня убить.
– Дорогой, это не совсем так. Он сказал, что убьет тебя, если ты тронешь Рори хоть пальцем. Дэвид тогда только про нас узнал. Вряд ли его стоит винить.
– Ради бога, Анджелина, вы с Дэвидом разведены. Не его дело, чем ты занимаешься и с кем проводишь время, – огрызнулся Джулиан.
– Миссис Миллар, сегодня Себастьян Фредерикс сказал мне, что ваш сын подвергался травле со стороны Чарли Кавендиша, который недавно умер. Его имя Рори упоминал?
– Нет, никогда. Почему мистер Фредерикс не сообщил мне? Я ведь мать Рори!
– Не знаю, – ответила Джаз, не желая вдаваться в подробности. – Значит, вы не догадывались о школьных проблемах сына?
– Господи… – Анджелина заломила руки. – Последнее время он стал замкнутым. Я думала, из-за развода. Бедный Рори. Почему он ничего мне не сказал?!
– Увы, дети часто скрытничают. К тому же вы вверяете ребенка заботам других взрослых и предполагаете, что они будут проявлять ответственность, вести себя
– Вот именно, – поддакнул Джулиан. – Если уж кого и винить, то школу.
– Я же мать. Должна была заметить. Дэвид чувствовал – что-то не в порядке. Потому и приезжал сюда.
Анджелина посмотрела на Джулиана, сидевшего с бесстрастным лицом.
Джаз решила перейти к делу:
– В вечер смерти Чарли Кавендиша мистер Фредерикс видел вашего бывшего мужа. Тот парковал машину на школьной стоянке. В часовне давали концерт хора, где участвовал и ваш сын. Вы там были?
– Да.
– А бывшего мужа видели?
– Нет. Хотя когда он приезжал сюда, то говорил о своих планах посетить школу и найти Рори. – Анджелина тяжело вздохнула. – У меня просто в голове не укладывается… Инспектор, Дэвид ведь не пил уже много месяцев. Ходил на встречи анонимных алкоголиков. Я знаю, потому что дружу с женой его врача. У них ребенок – ровесник Рори.
– Дорогая, на самом деле ты понятия не имеешь о том, чем занимался Дэвид. В последнее время вы почти не виделись, и ты не можешь делать выводы о его пристрастиях. К нам он точно заявился в стельку пьяным.
Анджелина не ответила.
Джулиан обратился к Джаз:
– Инспектор, значит, вы полагаете, Дэвид Миллар откуда-то узнал об издевательствах Чарли Кавендиша над Рори и устроил самосуд?
Джаз наградила Форбса ледяным взглядом.
– В данных обстоятельствах такую вероятность исключить нельзя.
– Дэвид? Убил? – наконец сумела выдавить Анджелина и затрясла головой, словно отгоняя туман: – Бред! Да, он пил и страшно расстраивался из-за потери работы, семьи и ежедневного общения с сыном, но нельзя же из-за этого называть Дэвида убийцей! Инспектор Хантер, прошу вас, послушайте, он – добрый, мягкий человек, а не убийца!
