Закусив губу, Анджелина села за стол. Что ей было делать? Господи, мужчины – такие эгоисты! Разве она виновата, что Рори нуждается в матери, покое и безопасности? Дело, конечно же, в том, что у Джулиана нет собственных детей; ему неведомы ни родительские чувства, ни потребность защищать свое дитя.
А еще… Анджелина позволила себе немного побыть слабой. Как же она? Похищение ребенка, известие о том, что бывший муж – убийца… Это тоже трудное испытание!
Внезапно рассердившись, Анджелина вскочила. Раз Джулиан хочет таким детским способом ее наказать, то и пусть!
В дверь позвонили. Наверняка психолог из Лондона. Анджелина отправилась в прихожую.
На пороге стояла крупная дама в широкополой фетровой шляпе, припорошенной снегом.
– Изабелла Шерриф, приятно познакомиться. Вы, должно быть, Анджелина, мама Рори.
– Да.
Анджелине вдруг стало смешно. Изабелла Шерриф в бархатном пальто и шляпе очень уж напоминала снеговика.
– Входите.
– Спасибо. – Изабелла стряхнула с плеч снег, сняла шляпу. – Решила прогуляться. Дурацкая затея.
В глазах гостьи, расстегивающей промокшее пальто, сверкнул лукавый огонек, и Анджелина мгновенно прониклась к ней симпатией.
– Давайте я повешу пальто у печи, пусть сохнет.
– Отличная мысль. Сапоги, пожалуй, тоже сниму, не хочу следить талым снегом в вашем прекрасном доме. – Изабелла уцепилась за дверную ручку и стянула обувь, явив миру один красный и один черный носки. – Простите за носки. Меня уведомили о поездке в последний момент, я не успела нормально собраться.
– Ничего страшного.
Иззи проследовала за Анджелиной в кухню, где сразу направилась к печи и положила руки на горячую поверхность.
– Похоже, о возвращении в Лондон сегодня вечером можно забыть, – заметила Иззи.
– Да, снег так и валит.
Развешивая пальто гостьи на перекладине над печью, Анджелина рассеянно глянула в окно. Ей вдруг стало страшно. Что, если Джулиан попал в аварию? Разбился из-за снегопада вчера вечером по дороге в квартиру?
– Вы не против?
Анджелина с трудом вынырнула из задумчивости, вопросительно посмотрела на Иззи. Та указывала на кофейник.
– Простите. Конечно, я приготовлю свежий кофе. Этот уже остыл.
Анджелина наполнила чайник, поставила закипать.
– Как Рори? Могу я звать вас Анджелиной?
– Да.
– А вы зовите меня Иззи, так привычнее.
– У Рори выдалась плохая ночь. Он кричал во сне. Я услышала, пришла, а Рори спит. Ему снились кошмары. Я посидела рядом, погладила по голове. Он даже не подозревал о моем присутствии.
– Спрашивали утром, о чем был сон?
– Нет, не хотела поднимать тему.
– В любом случае кошмары – вещь полезная, хотя и не особо приятная. Это работа подсознания над проблемами и страхами, оно ищет им рациональное объяснение и тем самым помогает человеку справиться.
– Понятно.
На самом деле Анджелине ничего не было понятно. Она по-прежнему думала о Джулиане, насыпая кофе в стеклянный кувшин.
– Крепость на ваш вкус, – подсказала Иззи и села за стол. – Рори рассказывал о своей поездке с отцом? О чем они разговаривали, к примеру?
– Я не хотела упоминать Дэвида. Думала, это расстроит Рори еще сильнее. Как ребенку справиться с мыслью, что его отец – убийца? Не представляю… – Анджелина поставила перед Иззи кофейник, чашку, молоко и сахар. – Угощайтесь.
– Сознаться в преступлении не всегда означает совершить его. Вы знали Дэвида лучше всех. Что вы об этом думаете? – Иззи налила себе горячего кофе.
– Я поражена. Поверить не могу! Так и сказала инспектору Хантер: чтобы Дэвид намеренно кого-то убил?..
– Даже если убитый обижал Рори?
– Дэвид переживал, да, я видела, но… – Анджелина посмотрела на Иззи с подозрением. – Откуда вам все это известно? Вы же детский психолог?
– Верно, однако, как позже объяснят вам полицейские, я еще и криминальный психолог. В этом качестве я вчера беседовала с отцом Рори. – Иззи пригубила кофе. – Боже, как вкусно. В полицейском участке не кофе, а яд.
– Я уже не знаю, чему верить. – Анджелина растерянно потерла лоб. – Инспектор считает Дэвида убийцей? Я сообщила ей об аллергии на аспирин. Дэвид никогда не покупал себе этих таблеток. Они его тоже убили бы.
– Инспектор мне сказала. Вообще-то мистера Миллара вчера вечером освободили.
– Правда?
– Это ведь хорошие новости. Знать, что отца твоего ребенка обвиняют в убийстве, не слишком приятно.
– Конечно… Я о другом – а как же признание?
– Оно не выдерживает никакой критики. Да вы и сами говорили инспектору Хантер, что не считаете Дэвида способным на убийство.
– Говорила, но люди ведь меняются… Знаете, чего я боюсь? Вдруг Дэвид потерял самообладание и все-таки убил Чарли, пусть и случайно? Вы, наверное, не знаете: Дэвид однажды набросился на меня, а потом он пытался вломиться в дом, и…
– Ш-ш… – Иззи успокаивающе погладила Анджелину по плечу. – Вижу, вам очень непросто.
– Да. Простите. У меня душа не на месте от всей этой истории.
– Понимаю. Давайте вы позовете Рори, мы с ним немного поболтаем, и я наконец оставлю вас в покое?
