— Ее от лифта не было видно. Шахта лифта загораживает то место, которое было обозначено оперативниками и указано самим Литвиновым. Конечно, он мог отойти, вернуться зачем-либо к двери… Но он ничего такого не говорит. И все пытается всучить Нестерова как предполагаемого преступника. Повторял про телефонные угрозы. Вообще, данный господин произвел на меня не слишком благоприятное впечатление. Не искренен. Суетился очень. Нервничал. Хотя пытался сохранять любезность. И как бы тебе сказать… Фактов у меня, конечно, нет, но от него взятками за версту несет. Что касается угроз телефонных — жена его тоже подтвердила данный факт. Уточнив, что звонки раздавались почти еженощно, в три часа. Очень искренне и убедительно говорила.
— А Нестеров?
— Нестеров? Никакой любезности. Отчасти даже грубость. Говорил в основном о своем деле. Показал мне клинику. Больных у него сейчас нет, это я проверил. Он меня в клиническое отделение водил. А потом показал лабораторию, где делают этот самый биопрепарат — стволовые клетки. Я в этом как свинья в апельсинах, но впечатление произвело! Нарядили меня в стерильный халат, на ноги — бахилы, маску с колпаком нацепили — видел бы ты меня! И повели в лабораторию. Кабинеты — как операционные. Всякие приборы, аппараты, центрифуги, холодильники низкотемпературные. Нестеров подвел меня к монитору, а там мерцающие пятна, как звезды. Вот, говорит, так они и выглядят — стволовые клетки. И показал флакончики, где их выращивают. Такие, знаешь ли, симпатичные плоские штучки из пластика, как бутылочки. Только пробка на горлышке не посередине, как мы с тобой привыкли видеть на наших бутылках, а с краю.
— Ладно, что-то ты отвлекся. Про Литвинова твой Нестеров говорил что-нибудь?
— По Литвинову прошелся парой «ласковых» слов. И факта угроз в его адрес не отрицал. Хотя прекрасно понимает, что может быть под подозрением. Но со слов Нестерова, это обычная мужская разборка, если хочешь. Вроде как послал куда подальше пару раз — и все.
Ночные звонки отрицает. И тоже искренне. Вообще он мне понравился. И знаешь, как любят его сотрудники? О, это отдельная песня. Там такие красивые женщины, и все его обожают.
— Ну, Саня, нравится не нравится, как говорится, спи, моя красавица. Ощущения к делу не пришьешь. Жена Литвинова искренна, Нестеров искренен, но кто-то из них врет. Это я про ночные звонки.
— Так ты ж меня про ощущения спрашивал. Я и рассказываю. А по делу вот что меня занимает: в обоих случаях использован один и тот же камуфляж — коробка для электропроводки. Это раз. Можно предположить, что взрывник имеет отношению к электричеству. Поэтому было бы очень интересно увидеться с электромонтером Кругловым, отбывшим в отпуск в неизвестном направлении. Заслушать, так сказать, начальника транспортного цеха.
— Я завтра же свяжусь с военкоматом. Наверняка есть однополчане. С кем он вместе служил. И вообще, электрика разыскиваем по полной программе, это очевидный факт. Что тебя еще занимает?
— Почерк у обоих преступлений схожий. Это демонстративно похожие преступления. Взять хоть коробочки эти для звонков. Но почему в первый раз эта коробка висела над дверью, а во второй — внизу, почти у пола? Почему первый раз использован таймер, а второй — радиоуправляемое устройство? И, наконец, зачем все это громоздить на двери? Не проще ли было заминировать машины? И у того, и у другого есть автомобили. Тот и другой пользуются машинами регулярно.
— И почему?
— Если минировать автомобили, обнаружить взрывчатку не так-то просто. Обычно, как ты знаешь, в таких случаях взрывное устройство завязано на ключ зажигания. То есть взрывы должны были прогреметь в тот момент, когда включался двигатель. Должны были прогреметь
— Инсценировка?
— Вот! И мне так показалось. Но это в первый раз — инсценировка. Литвинов должен был заметить коробку, и он ее заметил.
— Хочешь сказать, что он знал, где она будет висеть?
— Это предположение.
— То есть он сам на себя «покусился»? Зачем?
— Это пока непонятно.
— Тогда получается, что и Климовича он убил? А это зачем? Они что, враждовали?
— Судя по всему — нет. Я не понимаю, зачем убили Климовича.
— Что-то все это слишком замысловато. И отдает самодеятельностью.
— Так действительно отдает! Я и говорю, впечатление, что работал не профессионал, а дилетант. Кто же заказывает убийство дилетантам?
— Так этот факт как раз против твоего Нестерова работает. Может, это он из больницы сбежал и подложил взрывчатку. Отпросился у докторов как бы домой, за сменой белья, например. Взял машину, туда-сюда.
— У него больное сердце. Я сам сегодня видел, какой у него был приступ. Он поступил в больницу накануне покушения, по «скорой».
