— Вам же заплатили… — должно быть, страх притупил мои умственные способности. Я никак не могла понять, о чем он толкует.
— Ах, боже мой, Мария Александровна! — его костлявое, криво ухмыляющееся лицо-череп приблизилось вплотную, и я нервно сглотнула. — Я же говорил вам, что вашему сыну посчастливилось быть единственным наследником господина Уциева.
Он перехватил меня ловчее и поволок куда-то в сторону, а потом сильно толкнул вперед, так что я упала на четвереньки.
— Теперь мальчик оч-чень богат.
Не заорала я только потому, что горло просто-таки склеилось от ужаса — передо мной на полу лежало человеческое тело. Труп. Даже без очков мне не составило труда узнать Аслана… Внезапно я осознала, что руки мои, когда я упала, попали во что-то мокрое. Действуя как сомнамбула, медленно поднесла их к лицу. Красные… Кровь! Все так же молча я подхватилась и бросилась бежать. Куда? Похоже, этого я не знала и сама, да и выяснить не удалось.
Кощей перехватил меня, развернул к себе, и кулак его, практически не встретив сопротивления, глубоко погрузился в мой бедный живот. Сволочь даже не дала мне скрючиться, чтобы убаюкать боль. Я повисла на его руках, хватая ртом воздух и все равно задыхаясь.
На поверхность всплыла одинокая мысль: «Кто бы подумал, что я окажусь такой живучей?» Потом перевернулась кверху брюхом и закачалась дохлой рыбиной.
— Так на чем мы остановились? Да… Мальчик теперь очень богат…
— Зато тебе-то это ничего не дает, уродина, и дать не может.
На общем фоне пощечина прошла практически незамеченной.
— Ошибаетесь, Мария Александровна. Мальчик несовершеннолетний. Значит, пока что его деньгами будет распоряжаться опекун. То есть вы. Так неужели же такой незаурядный человек, как я, не найдет способа убедить незамужнюю и очень симпатичную ему женщину изменить свое семейное положение? М-да.
— О чем вы, господи?!
— Вы выйдете за меня замуж, Мария Александровна. Я усыновлю мальчика и… Вот, собственно, и все. Как известно, все гениальное — просто.
— Никогда! Васька убежал, а меня вам никогда не заставить…
— Опрометчиво, Мария Александровна. Ребенка скоро поймают и вернут. Что же касается остального… Давайте попробуем?
И он попробовал. Сначала в ход пошли кулаки, а когда я, скуля и хлюпая кровью, скорчилась на полу… Нет! Боже милостивый! Только не это! Схватив за грудки, он швырнул меня на облезлый диван и, ухмыляясь, присел рядом.
— Говорят, людей сближают общие интересы и занятия. М-да.
Его рука легла мне на грудь, и я с отвращением оттолкнула ее, за что естественно была наказана — Кощей с ленцой отхлестал меня по щекам, так что искры посыпались из глаз вместе со слезами, а потом, удовлетворенный достигнутым, рванул в стороны полы моей рубашки. Пуговицы с треском полетели в стороны, я попыталась прикрыться руками, он снова ударил…
Через какое-то время в общем-то уже действительно согласная на все лишь бы он перестал меня бить, я как-то отстраненно осознала, что с меня стаскивают джинсы. Потом тяжесть его тела на мне и острая, режущая боль… Я честно хотела не кричать лишь бы не доставить ему большего удовольствия, но после каждого его толчка хриплые вскрики сами собой вырывались из уже совершенно сорванного горла вместе с дыханием. Больно! Больно! Господи, да слышишь ты или нет?! Мне же больно! Его дыхание сделалось бурным, еще несколько движений…
— Это было чертовски приятно, Мария Александровна. Вы доставили мне удовольствие. М-да. Скоро вернутся ребята с мальчишкой, и все станет вообще великолепно.
Он поднялся и застегнул брюки, а потом одним движением натянул джинсы и на меня.
— Наверно, я старомоден, дорогая, но не хочу, чтобы прелестями моей будущей жены любовались все кому не лень. Приведите-ка себя в порядок… Ага…
Он вдруг насторожился, не отрывая глаз от входной двери, поднял меня на ноги и, обхватив локтем за горло, поставил тем самым перед собой.
Дверь распахнулась, и через порог шагнул один из подручных Кощея. Тот было стал расслабляться, но потом… Нет, профи есть профи — интуиция не обманула его. Следом за первым мужчиной в комнату, нагнув голову, шагнул другой. Незнакомый. Короткий ежик волос, черная такая же короткая борода, смуглое лицо, размытое моей близорукостью и полумраком подвала. Но мне и не надо было видеть его. Волны ненависти и злобы, исходившие от вновь прибывшего, характеризовали его лучше, чем что бы то ни было. Еще один бешеный волк в человеческом обличье.
— Это действительно то место, что мне было нужно. Спасибо, — я вскрикнула, когда после этих подчеркнуто спокойных слов прозвучал выстрел, и подручный Кощея, видно, ставший заложником и достаточно напуганный, чтобы начать помогать врагу, даже не вскрикнув, упал на пол.
— Что же вам нужно здесь, любезнейший? — голос Кощея казался не менее спокойным, даже ласковым, но я чувствовала, как сердце его ускоряет свой ритм.
Незнакомец пожал плечами и по-кошачьи бесшумно двинулся вдоль стены.