Убийственное совершенство полностью

– Боюсь, что да. – Кажется, Пэт собиралась выжать воду из своих пальцев. – Видите ли, проблема в том, что многие родители сейчас очень… щепетильны. Ничего личного, но… – Она запнулась. – О боже, я просто не знаю, как вам об этом сказать. Я знаю, что вы здесь в некотором роде новички и мы должны проявлять гостеприимство и помогать вам освоиться. Но дело в том, что я получила… не одну и не две жалобы, а… ну… не меньше полудюжины.

– Жалобы на Люка и Фиби?

– Да.

– Какого рода жалобы?

Пэт помолчала. Помощница, высокая, худая женщина с бессмысленной улыбкой, явно прислушивалась к разговору, и от этого Наоми чувствовала себя еще более неловко.

– Полагаю, дело в том, как Люк и Фиби взаимодействуют с другими детьми. Они одни из самых младших в группе, но это совсем не ощущается, наоборот… Они кажутся больше – и физически, и в плане поведения. То, как они себя ведут, совершенно нехарактерно для детей их возраста. Они… как бы сильно это ни звучало, они терроризируют других детей.

– Терроризируют? – переспросила Наоми. – Это просто смешно.

Воспитательница кивнула:

– Я знаю, это кажется нелепым, но сегодня я специально весь день за ними наблюдала. И должна сказать, что их поведение совершенно асоциально. Едва войдя в игровую, они направились к компьютеру и других детей к нему не подпускали. Если кто-то из ребят пытался приблизиться, Люк или Фиби так огрызались, что он тут же ударялся в слезы. Боюсь, что в прошлый раз было то же самое. Они не желают делиться и не желают признавать, что другие тоже имеют право играть со всеми игрушками.

– Я с ними поговорю, – заверила Наоми. – Я объясню им, что нельзя быть такими эгоистами. Мне очень жаль, я прошу прощения за то, что произошло…

Пэт Барли покачала головой:

– Извините, но сегодня две мамы не привели детей именно из-за Люка и Фиби. И несколько других тоже сказали, что больше не хотят ходить. – Она покраснела. – Еще раз извините, я знаю, что это ужасно, но я вынуждена попросить вас больше не приводить Люка и Фиби в нашу группу. Может быть, вам стоит попробовать более старшую – они вполне впишутся в группу пяти– или даже шестилетних. Но здесь… прошу меня понять… здесь им не место.

Время от времени она смотрела на них в зеркало заднего вида. Люк и Фиби, пристегнутые ремнями безопасности, не издавали ни звука. Каждый раз, глядя на них, Наоми встречала ответный взгляд. Две пары глаз смотрели на нее в упор, и ей было трудно сосредоточиться на дороге.

– Мама вами очень недовольна. – Внутри ее все мелко дрожало от ярости. – В яслях сказали, что вы плохо вели себя с другими детьми. Это так, Люк? Фиби?

Ответом ей было молчание.

Наоми объехала двух велосипедистов.

– Люк? – более резко повторила она. – Фиби? Я задала вам вопрос. Я жду ответа. Да или нет?

Снова ни слова в ответ. Она свернула на подъездную дорожку, резко притормозила у входа в дом и вылезла из машины.

– Хотите поиграть? Отлично. Считайте, что я участвую.

Наоми захлопнула дверь, заблокировала ее и большими сердитыми шагами направилась к дому. На крыльце она остановилась и украдкой взглянула на автомобиль. Дождь не утихал. За боковым стеклом можно было различить неподвижную фигуру Фиби.

Она вошла в дом и громко хлопнула дверью. Подождете там. Посидите и посмотрите, каково это, когда не все делается по-вашему. Я внушу вам парочку хороших манер. Научитесь вести себя как следует, а иначе через несколько лет с вами будет вообще не справиться.

Она повесила мокрый плащ на вешалку, подняла с коврика приходской журнал и медленно пошла на кухню. Читать Наоми не могла – слишком много мыслей клубилось в голове. Она налила в чайник воды и насыпала кофе в большую кружку. Потом села и закрыла лицо руками. Что теперь делать?

Выгнали из яслей! Это надо же! Черт!

Она позвонила Джону и попала на автоответчик.

– Перезвони мне, – сказала она в трубку. – У нас проблема.

Закипела вода. Чайник выключился. Погрузившись в раздумья, Наоми не сдвинулась с места. Что делать? Еще раз показать их психологу, доктору Тэлботу, который считает, что они такие необыкновенно умные? Нужно найти кого-нибудь, кто поможет разрешить ситуацию. Это…

Зазвонил телефон. Думая, что это Джон, Наоми схватила трубку.

– Да! – резко бросила она, нисколько не заботясь о том, чтобы смягчить тон.

Приятный мужской голос с американским акцентом произнес:

– Это дом Клаэссонов?

– Да.

– Я бы хотел поговорить с миссис Клаэссон.

– Да, это я.

– Миссис Наоми Клаэссон?

Она вдруг занервничала.

– Кто это?

– Я говорю с миссис Наоми Клаэссон?

– Назовите свое имя, пожалуйста.

Раздались короткие гудки.

Наоми посмотрела на трубку, чувствуя, как гнев сменяется иррациональным, неконтролируемым страхом. Внутри все словно завязалось в узел. Она нажала на рычаг, отпустила, послушала гудок и набрала 1471. Через пару секунд раздался автоматический голос: