Худенькая азиатка с прической в виде пучка, из которого торчали палочки, проводила их в уединенную кабинку и налила обоим по чашке горячего зеленого чая. В углу висел гонг, с высокой полочки им улыбался большой нефритовый Будда. Затем появился пожилой китаец и предложил им меню. К огромному удивлению Ханны, Майк пробормотал несколько слов на мандаринском наречии. При этом он указал на Ханну, и официант, покивав, удалился. Майк откинулся на спинку диванчика и с самодовольным видом щелкнул пальцем по гонгу.
Ханна выпучила глаза.
– Что, черт возьми, ты ему сказал?
– Сказал, что ты известная модель, рекламируешь нижнее белье и должна держать свое сексуальное тело в форме, поэтому нам нужно особое низкокалорийное меню, – небрежно пояснил Майк. – Они терпеть не могут давать его гостям. Нужно знать, как попросить.
– И ты знаешь, как будет по-китайски «модель, рекламирующая нижнее белье»? – прищурилась Ханна.
Майк забросил руки на спинку кожаного диванчика.
– Я нахватался разных слов за время своей адски скучной жизни в Европе. А выражение «модель нижнего белья» – это первое, что я узнаю в любом языке.
Ханна только головой покачала, она была покорена.
– Вот это да!
– Значит, ты не против, что официант будет считать тебя моделью нижнего белья?
– Да нет, – пожала плечами Ханна.
Вообще-то, модели красивые. И тощие как палки.
Майк повеселел.
– Вот здорово! А то я как-то привел сюда свою предыдущую девушку, так ей этот трюк с низкокалорийным меню вовсе не показался забавным. Она решила, будто я ее как-то принижаю или что-то в этом роде.
Ханна медленно отпила глоток чая. Она и не знала, что у Майка уже были девушки.
– Это… твоя недавняя девушка?
Официант принес им меню – обычное для Майка и диетическое для Ханны. Когда он ушел, Майк кивнул.
– Мы только что расстались. Она мне весь мозг проела за то, что якобы я чересчур зациклен на своей популярности.
– Лукас мне то же самое говорил! – выпалила Ханна, не успев прикусить язык. – Ему не понравилось, что я сказала всем, будто у Кейт герпес. – Она поморщилась, досадуя на себя за то, что произнесла вслух ненавистное имя Кейт – ведь Майк мог броситься защищать ее. Но Майк только пожал плечами.
– Мне пришлось это сделать, – сказала Ханна. – Я подумала, что она собирается… – она замолчала.
– Что собирается? – спросил Майк.
Ханна покачала головой.
– Ничего, просто я подумала, что она хочет рассказать обо мне какую-нибудь гадость. – В тот вечер Ханне показалось, будто Кейт собирается рассказать всем о том, что она вызывает у себя искусственную рвоту, в чем Ханна сама призналась ей в минуту постыдной откровенности. Она не сомневалась, что Кейт это сделает, если Ханна не опередит ее с этим дурацким герпесом.
Майк сочувственно улыбнулся.
– Иногда приходится прибегать к грязной игре.
– Выпьем за это!
Ханна подняла свой стакан с водой и чокнулась с Майком, радуясь, что он не стал расспрашивать, какие гадости Кейт могла рассказать о ней.
Они закончили есть и стали сосать апельсиновые карамельки, которые им принесли вместе со счетом. Майк отпустил двусмысленный комплимент по поводу сосательных способностей Ханны и посоветовал ей приберечь их на будущее. Потом он попросил разрешение удалиться. Ханна посмотрела ему вслед и решила, что лучшего времени для мести может не представиться. Она медленно встала, положила салфетку на тарелку и крадучись прошла через зал. Выждав, когда дверь в мужскую уборную закроется, она сосчитала до десяти и ворвалась внутрь.
– О-оой! – громко крикнула Ханна.
Ее голос эхом облетел помещение, сверкающее чистотой и пустотой.
Вдоль стены стоял целый ряд писсуаров, но Майка не было ни перед одним из них. И из-под дверей кабинок тоже не выглядывали его мокасины. Тут Ханна услышала какой-то звук, доносящийся из отделенного стеной места для умывальников, и пошла туда. Майк стоял у раковины, перед ним были разложены расческа, дезодорант и тюбик зубной пасты. В руке он держал зубную щетку. Увидев в зеркале Ханну, он вдруг побелел, как полотно.
Ханна выдавила смешок.
– Прихорашиваешься?
– Что ты здесь делаешь? – буркнул он.
– Прости, я думала, это раздевалка, – ответила Ханна. Честно говоря, это была не совсем та реакция, на которую она рассчитывала.
Майк поморгал и быстро убрал свои туалетные принадлежности в черную сумку «Джек Спейд». Ханна немного расстроилась – она не ожидала, что он так быстро закончит. Она попятилась назад.
– Я подожду тебя снаружи, – пролепетала Ханна.
Закрыв за собой дверь, она вернулась за столик, улыбаясь сама себе. Майк чистил зубы. Значит ли это, что он собирался ее поцеловать?
По дороге к дому Майка они слушали
– Хочешь проводить меня до двери?
– Конечно, – ответила она, чувствуя, как забилось сердце. Вместе с Майком она поднялась по каменным ступеням на крыльцо дома Монтгомери. Слева от двери был разбит дзенский сад камней, но сейчас он был под снегом, тонкая корка льда блестела на песке.
