Убийство Джанни Версаче полностью

Месяц в месяц с окончанием Эндрю Епископской школы Пита уволили с брокерской должности в Crowell, Weedon & Co., и семья покатилась дальше по наклонной в пропасть долгов по кредитам. Джина, сестра Эндрю, числилась в Калифорнийском университете в Сан-Диего, и в сентябре Эндрю составил ей там компанию, выбрав историю в качестве главного профильного предмета. Пит неожиданно для себя был поставлен перед необходимостью тащить на себе тяжкое финансовое бремя обучения в колледже сразу двоих детей.

Тем временем истинное положение дел у Пита становилось всё отчаяннее. «У него совершенно определенно была привычка жить не по средствам, — рассказывает Рональд Джонстон, коллега Пита по работе в четырех разных фирмах. — Он постоянно тратил много больше, чем способен был заработать». За девять лет карьеры в качестве лицензированного брокера — с 1979 по 1988 годы — Пит Кьюненен сменил шесть брокерских домов, ни на одном месте работы дольше двух лет не задержавшись. Подлежащих огласке нарушений финансовой дисциплины в базе данных NASD за Питом не значится, но факт остается фактом: из брокерских фирм его вытуривали раз за разом.

А ведь начинал он с работы в компаниях — лидерах фондового рынка: Merrill Lynch, затем Prudential Bache, — но ко времени окончания Эндрю школы скатился до уровня заштатных маклерских контор. Начиная с середины восьмидесятых он фактически из последних сил кое-как держался на плаву. После очередного досрочного увольнения — в 1987 году, с эвфемистической формулировкой «за непродуктивность», — Пит нашел свое последнее пристанище на ниве торговли ценными бумагами в мелкой конторе Trademark Investment Services, Inc., учрежденной Джонстоном на паях с Джеймсом Рэттеном. Джонстон вскоре уступил свою долю партнеру по сходной цене, а в результате Рэттену впоследствии пришлось в одиночку разгребать ворох жалоб, претензий и исков от клиентов, пострадавших от деятельности Пита не только под крышей его конторы, но и (предположительно) еще в пору его работы в предыдущих фирмах.

«Его обвиняли в банальном присвоении денег клиентов, — прямо и без обиняков рапортует Рэттен, сам в прошлом офицер военно-морского флота. — Точных сумм не знаю, но занимался он этим, судя по всему, достаточно долго. Проделывал это неоднократно, даже работая еще на крупные фондовые компании».

После случившегося 19 октября 1987 года краха[17] работа на рынке ценных бумаг застопорилась, а в июле-августе 1988 года Пит, поняв, что Рэттен начал что-то подозревать, судя по всему, хапнул свой куш с несостоявшейся сделки, продал Alfa Romeo и тяжело обремененные залоговыми обязательствами дома в Боните и Ранчо Бернардо — и подался в бега. Сбежал же Пит Кьюненен не куда-то, а на родные Филиппины.

Семья пыталась не предавать огласке постыдную тайну бегства Пита, которое обернулось тяжелым усугублением душевного расстройства у Марианны. Она теперь нуждалась в постоянной психиатрической помощи и не единожды пыталась покончить с собой. Эндрю и Джина бросили колледж. Семья обреченно плыла по течению. Все эти переживания стали для Эндрю глубочайшим потрясением, ведь вдребезги разбитым оказался образ отца как могучего и надежного защитника.

Бегство отца сорвало Эндрю с последнего ненадежного якоря. Не приученный самостоятельно заботиться о себе, он почувствовал себя лишенным всего, и в нем стало стремительно усиливаться чувство зыбкости собственного существования. Принуждая сына сосредотачивать всё внимание на поддержании своего статуса в глазах окружающих, Пит практически без остатка вытравил из Эндрю какие бы то ни было начатки истинного понимания того, кто он есть на самом деле. Но Эндрю все-таки вытянул из загашников судьбы еще один, на этот раз последний счастливый билет, прежде чем до конца принять жестокую правду жизни. А правда эта заключалась в том, что он теперь никто, нищий сын афериста и невменяемой, и ему нужно собственным трудом зарабатывать себе деньги на продолжение обучения в колледже, если он хочет все-таки получить высшее образование.