— Давай сколько есть, только быстрее!
Женщина с каталкой, стоявшая позади него, стала отступать, а затем побежала, присела за ящиками с фруктами и прикрыла руками голову. При этом она тонко визжала.
Парень направил пистолет в ее сторону и крикнул:
— Сиди там, старая мымра, и не рыпайся! Пуля тебя и за деревяшкой достанет, если что!
Наташа трясущейся рукой стала открывать кассовый ящик, где хранилась выручка. Денег и правда оказалось немного. Она готова была отдать их, только боялась, как бы этот придурок не выстрелил в нее.
«Вон как руки у него трясутся! Пистолетом размахивает направо-налево. А если он потом все равно всех нас перестреляет, чтобы свидетелей не было? Не зря я заметила, что он странный и глаза у него полоумные. Артему надо было сразу вывести его из магазина! А где Артем?»
Мысли Наташи крутились отдельно от нее, руки продолжали доставать купюры и складывать их в стопку. Краем глаза она видела, как Артем осторожно, медленно приближался к кассе с левой стороны. Парень то и дело оглядывался на него, не забывал вскидывать ствол в сторону охранника и ждал, когда Наташа достанет все деньги.
Руки словно нарочно не слушались ее. К тому же теперь она увидела, что Артем пытался выполнить свои обязанности и обезвредить грабителя. Наташа сознательно начала медлить. Только бы Артем успел!..
Парень уставился на деньги, приготовленные Наташей, и схватил первую пачку. Рука охранника осторожно скользнула к пистолету, висевшему на боку. Он уже достал оружие, как грабитель резко обернулся в его сторону. Стволы они вскинули одновременно.
— Ах ты, сука! — воскликнул парень. — Брось пистолет!
Но Артем уже выстрелил. Женщина за ящиками в ужасе завизжала. Наташа инстинктивно пригнулась и свалилась со стула на пол и скрючилась в тесном пространстве кассы. Грянули еще два выстрела, а потом послышался громкий крик. Следом раздался звук падения чего-то тяжелого. Звякнуло разбитое стекло. Наташа уже ничего не соображала. Она полулежала на полу и тряслась от страха.
Крик, звенящий прямо над ее ухом, перешел в протяжный стон. Затем рядом упало что-то металлическое. Наташа локтем открыла дверцу с правой стороны кассы и буквально выкатилась из нее.
Она осторожно высунула голову и увидела, что парень сидел с другой стороны кассы, сжимая левой рукой правую. Пистолет его валялся чуть поодаль. Из правой руки на пол, выложенный светлой плиткой, стекала кровь. Рядом валялись осколки бутылок с минеральной водой, которые грабитель задел, когда падал.
Артем стоял у дальней стены, сжимая рукой плечо, которое тоже кровоточило. Он был бледен, однако кое-как нашел в себе силы совершить два прыжка и ногой отшвырнуть пистолет преступника. После этого охранник стал буквально на глазах бледнеть и оседать на пол.
Тогда Наташа закричала. Она боялась, что остается наедине с этим страшным безумным парнем. Ведь старуха, спрятавшаяся за ящиками, была явно не в счет.
Нужно было выскочить, подобрать пистолет, но ноги не слушались Наташу. Парень продолжал голосить от боли. Артем лежал на полу и не подавал признаков жизни.
Только вой полицейской сирены на улице, а затем громкий стук в стекло вывели ее из оцепенения. Она быстро помчалась к дверям, отперла их. В магазин ворвались вооруженные полицейские. Они сразу ринулись к грабителю, а Наташа бессильно села на пол и наконец-то дала волю слезам.
Виктория Павловна выглядела усталой и постаревшей. Казалось, она действительно переживает глубокое горе. На вопросы женщина отвечала вяло и односложно. Она очень хотела, чтобы ее встреча с полковником завершилась как можно скорее. Тем более что день уже заканчивался, и Рудакова приехала в управление почти к вечеру.
Гуров понимал, что сейчас не самое подходящее время для расспросов, но другого варианта у него не было. Лучше бы допросить ее, когда она придет в себя, отдохнет и оживится, но сейчас дорог каждый день, даже час.
— Виктория Павловна, вы где находились, когда услышали о смерти Анны?
— На кухне, — механически отвечала та. — Смотрела, все ли готово к подаче десерта.
— А до этого? — терпеливо спросил Гуров.
Рудакова вздохнула.
— Да не помню я. — Она развела руками. — Это гостям хорошо, сидят себе да веселятся, а у меня знаете сколько забот? Ведь практически весь банкет на мне был. Нет, повара, официантки — это само собой. Но ведь я должна была все организовать, проследить, чтобы девушки вовремя подавали горячее, не забывали подносить напитки, даже за аппаратурой смотреть. Это со стороны кажется, что все само собой происходит, а на самом деле!.. — Виктория Павловна махнула рукой.
— Тяжело вам работалось у Анны? — с сочувствием в голосе спросил полковник.
Женщина будто опомнилась, выпрямилась и сухо ответила:
— Я не жалуюсь. Вы о чем-то еще хотели спросить?
— Да, о многом. Но вы, кажется, не слишком расположены сейчас разговаривать?
— А вы спрашивайте. Я ведь и завтра не буду расположена. — Виктория усмехнулась.
Гуров внимательно посмотрел на нее и спросил доброжелательным тоном:
— А почему такая странная позиция? Разве вы не хотите помочь найти убийцу вашей подруги?
