Носков посерьезнел. Он явно подбирал слова для продолжительного монолога.
— Поймите меня, Лев Иванович! — начал он. — Я ведь прошу ради не только Эдика, но и вас самого!
— Не понял, — заявил Гуров и нахмурился.
Носков вздохнул и закурил.
— Вы ведь сыщик-профессионал, — выпуская в сторону дым, отметил он.
Гуров не стал комментировать эти слова.
— А я всего лишь дилетант, волею судьбы вынужденный напрягать мозговые извилины, — продолжал Анатолий Петрович. — Так что вы уж простите, если мои аргументы покажутся вам наивными и неубедительными. Я много времени потратил, размышляя о вчерашнем инциденте и о смерти Анны, и пришел к выводу, что они неразрывно связаны.
— Возможно, вы и правы. — Полковник задумался, пытаясь понять, к чему клонит Носков-старший.
— Но давайте анализировать ситуацию вместе, чтобы понять, так это или нет. Смотрите, на Эдика покушались почти сразу после убийства Анны. Человек, который все это затеял, хорошо знал Анну, следовательно, и Эдика. То есть он знаком с его привычками, характером, осведомлен о планах. В первый раз попытка убийства не удалась. Он непременно станет искать новые пути для устранения моего сына. Следовательно, узнав, что Эдик все же едет с концертом, он обязательно отправится вслед за ним, чтобы попытаться довершить начатое.
— Можно подумать, что вы хотите ему в этом помочь. — Гуров усмехнулся. — Не разумнее ли все-таки отменить концерт?
— Нет-нет! — Носков замахал руками. — Это мы уже решили. Поймите, появляется отличный шанс поймать этого гада. Лев Иванович, подумайте сами. Он обязательно будет где-то поблизости! А вам с вашим опытным глазом профессионала нужно просто зорко следить за всем происходящим. Не беспокойтесь, вы там будете не один. Об охране я уже позаботился. Так что ваше присутствие не только не помешает расследованию, но и может помочь его успешно завершить. Какой толк от того, что вы станете искать убийцу в Москве в то время, когда он отправится убивать моего сына?
Носков был возбужден. Он настолько увлекся своей идеей поимки убийцы через сына, что даже не думал о том, что Эдик все же вынужден будет сильно рисковать. Охрана охраной, но и убийца не лыком шит. Опасно использовать пацана в роли живца! Сыщик знал, что если Эдик все-таки поедет на эти гастроли, то он сам, полковник Гуров, места себе не будет находить, пока тот не вернется домой.
Однако Лев Иванович не спешил отвечать, долго молчал, обдумывая ситуацию, потом спросил:
— А сам-то Эдик в курсе вашей затеи?
— Разумеется. — Носков с серьезным видом кивнул. — Он ее полностью одобряет и даже просил меня переговорить с вами.
— А сам что же не решился?
Носков доверительно склонился к уху полковника и проговорил:
— Если честно, он стыдится своего поведения. Эдик, вообще-то, совсем не такой заносчивый, каким старается себя показать. Он парень ранимый и чувствительный. Иногда его заносит, но потом он всегда переживает из-за этого. Вот и сейчас.
— А контролировать свое поведение он не пробовал? — спросил Гуров и усмехнулся.
— Научится, — не слишком уверенно сказал Носков.
— А где он сейчас?
— Да уже должен подъехать. Нужно тут кое-что свести в записи.
Гуров покосился на аппаратуру и спросил:
— Этим вы занимаетесь?
— Нет-нет, я выполняю чисто спонсорскую функцию. — Носков рассмеялся. — И поэтому считаю, что имею право кое на что. Например, выбирать город, куда Эдику ехать, а также решать, брать кого-то ему в партнеры на концерт или же нет. Вот как с Милютиным. — Он снова помрачнел.
— Такое впечатление, что между вами кошка пробежала, — заметил Гуров.
Носков скривил губы, потом сказал:
— Раз уж Диана отправится в эту поездку, да и вы, надеюсь, тоже, то я вам скажу. У ее папы имеются матримониальные планы в отношении моего сына. А мне это, естественно, не нравится!
— Почему естественно? — спросил Гуров.
— Да потому и не нравится, что это чушь полная! — раздраженно отозвался Анатолий Петрович. — Им всего по двадцать лет — это раз. Они сами друг друга, мягко говоря, терпеть не могут — это два. Ну и в-третьих, столь откровенный расчет!.. Трезвый рассудок, конечно, должен присутствовать в любом союзе, но тут налицо явный и прямолинейный поиск собственной выгоды! И вообще, этот брак не нужен никому, кроме отца Дианы.
— А ему-то он зачем? О какой выгоде вы говорите? — не понял Гуров.
— Саша хочет упрочить положение своей дочери на эстраде, — ответил Носков с легким недоумением, словно это было очевидно для всех. — Оно пока, честно говоря, довольно слабенькое. А как жена Эдика она сразу повысит свою популярность, ее рейтинг возрастет. Милютин убежден, что это сыграет на пользу и Эдику, поскольку их имена долго будут пестреть на страницах прессы.
— А вы так не считаете?
— Я не хочу повышать популярность своего сына таким путем! — резко ответил Анатолий Петрович. — В конце концов, это просто недостойно!
Он закурил еще одну сигарету. Видимо, данная тема была для него совершенно неприятна и волнительна.
Носков-старший наспех сделал несколько крупных затяжек, вдруг спохватился, затушил сигарету в пепельнице и спросил:
