Перемены в девушке были видны невооруженным глазом: от былой уверенности не осталось и следа, глаза беспокойно бегали по сторонам, руки мелко тряслись, плечи сгорбились, словно под тяжестью… За исключением краткого приветствия, она не произнесла ни слова.
— Лиза, ты знаешь Мартина Раймерса? — начала допрос Лена.
— Конечно, мы знаем Раймерсов, — ответил за Лизу отец. — Мы регулярно встречаемся на общественных мероприятиях нашей церкви.
— Господин Беренс, я задала вопрос вашей дочери.
— Да, я знаю Мартина, — наконец ответила Лиза.
— Когда вы разговаривали в последний раз?
— Мы не общаемся. Просто знаем друг друга в лицо.
— В ночь с шестнадцатое на семнадцатое августа этого года Мария ночевала у твоей бабушки. Не могла бы ты повторить, что произошло в тот день?
— Ничего особенного. Мария отлучилась, чтобы с кем-то встретиться. Я с ней не пошла. Потом она вернулась.
Отец удивленно воззрился на дочь, но ничего не сказал.
— С кем она хотела встретиться? — спросила Лена.
— Не знаю.
— Этот человек с острова?
Лиза пожала плечами и не ответила.
— Ты когда-нибудь звонила Мартину Раймерсу?
— Нет.
— Значит, ты уверена, что не разговаривала с ним по телефону в последнее время?
Лиза снова промолчала. Ее мать беспокойно заерзала на стуле и неуверенно посмотрела на мужа.
— Ты знаешь номер мобильного телефона Мартина Раймерса?
Девочка в очередной раз пожала плечами.
Лена вытащила из материалов дела отчет, положила перед собой на стол:
— У меня здесь детализация звонков стационарного телефона, зарегистрированного на имя вашей бабушки, госпожи Беренс. Согласно отчету, за последние четыре недели с этого телефона было сделано пять звонков на номер Мартина Раймерса. Каждое соединение длилось по нескольку минут. Сомневаюсь, что Мартину звонила твоя бабушка, а значит, это делала ты.
Лиза упорно продолжала молчать.
— Вы созванивались в прошлый вторник. Разговор длился три минуты и пятнадцать секунд. Припоминаешь?
Лена запросила детализацию звонков сразу после беседы с Лизой Беренс. Результат прибыл вчера, но Лена получила его только в последний момент. Утром, когда она пришла в полицейский участок, к ней подошел Йохан и передал распечатанный отчет.
— Даже если моя дочь звонила одному из прихожан нашей церкви, это не преступление, — вмешался в разговор господин Беренс, пытаясь защитить Лизу.
Лена не обратила на него внимания и продолжила, обращаясь к девочке:
— Пожалуйста, ответь на вопрос.
— Я не помню.
— Прошло меньше недели, а ты уже не помнишь? Звучит не очень правдоподобно. У нас есть свидетель, который видел, как Мария ссорилась с Мартином Раймерсом. Это случилось вскоре после твоего звонка.
— Я не имею к этому никакого отношения, — пробормотала Лиза, но было видно, что ее сопротивление медленно ослабевает.
— Давай вернемся к шестнадцатому августа. Ты говорила, что после обеда была дома?
— Да, верно.
— Сегодня мои коллеги собираются опросить соседей вашей бабушки. Думаю, мы найдем кого-то, кто видел вас на улице. Возможно, даже с вашей бабушкой.
По щеке Лизы покатилась слезинка. Лена мысленно вздохнула: похоже, ей наконец-то удалось прорваться сквозь паутину лжи! И как она не заметила, что эта девушка столько времени водила ее за нос?
— Мария встречалась с кем-то в твоей комнате. Правильно?
Лиза кивнула.
— Не могла бы ты ответить вслух?
— Да, все так, — сказала девочка сквозь слезы.
— Сколько тебя не было дома?
— Несколько часов. Два или три. Может, чуть дольше.
— Когда ты вернулась, Мария спала?
— Да. И спала очень крепко.
— С чем она встречалась? С Мартином Раймерсом?
— Не знаю. Мария не стала ничего рассказывать, совсем! Я правда не знаю.
— Зачем во вторник ты звонила Мартину Раймерсу?
— Я испугалась за бабушку. Он мне угрожал, и я решила… — Лиза замолчала.
— И ты решила?.. — подсказала Лена, подталкивая ее продолжить рассказ.
— Что он сможет… сможет образумить Марию. Мария собиралась… — Лиза осеклась.
— Она тоже хотела выдать твою тайну?
— Она жутко разозлилась!
— Какую тайну? — спросил господин Беренс, ошеломленно наблюдавший за ходом допроса, а потом сердито добавил: — Что здесь происходит? Я ушам своим не верю, это не может быть правдой!
Госпожа Беренс, в свою очередь, выглядела не столь удивленной. Она успокаивающе накрыла руку супруга своей.
Лена выключила диктофон и сказала, обращаясь к господину Беренсу:
— Пусть Лиза с вашей женой пройдут в соседний кабинет и подпишут протокол. Мой напарник их проводит. Я тем временем хотела бы с вами переговорить.
Не дожидаясь ответа господина Беренса, Йохан встал и вывел Лизу с матерью из комнаты.
— Господин Беренс, то, о чем рассказала Лиза, не навлечет на нее уголовную ответственность. Она оказалась в столь сложной ситуации потому, что хотела защитить бабушку.
После этих слов господин Беренс немного успокоился.
— Защитить? — переспросил он.
— Ваша мать явно больна. Все признаки указывают на то, что у нее деменция. Лиза боялась, что это всплывет наружу и бабушка окажется в доме престарелых. А сама Лиза вернется на Амрум.
Господин Беренс сглотнул.
— Деменция? Не может быть…
