— Да нет, бизнес у меня пошел отлично, — отмахнулся собеседник, наваливаясь на солянку по-казацки. — Я неплохо развернулся… Не могу пожаловаться — своя швейная фабрика, лесоторговая фирма и еще так, по мелочи… Собираюсь заняться бензином. Недавно вернулся из Женевы. Участвовал там в работе конгресса по торговле сырьевыми ресурсами… Может, ты слышал? Меня назначили председателем комиссии по нефти и газу. Не поверишь, с такими людьми познакомился! С президентом компании «Шелл» в бильярд играл… А здесь я случайно… Сейчас расскажу. Короче…
— Ты знаешь, я вообще-то спешу, — с извиняющейся улыбкой выдавил старый приятель, старательно поглядывая на часы.
— Брось ты, Димон, — с укоризной произнес Парнов, отодвигая в сторону пустую тарелку из-под солянки и придвигая к себе осетрину. — Раз в сто лет видимся, а ты, подлец, сбежать от меня хочешь. Давай, надо по рюмочке, чтобы согреться… Я, знаешь, намерзся сегодня ночью как собака. На улице ночевал… Официант! — властным голосом крикнул Парнов в пустоту утреннего ресторана. — Бутылочку чего-нибудь горячительного. Только самого высокого качества…
— Я не буду, — запротестовал Елисеев. — Мне сегодня еще дела делать! Я же в командировку на один день!
— Отлично! — резюмировал Парнов. — Обратно полетим вместе…
В рюмки забулькала кристально-прозрачная жидкость.
— За встречу! — громко произнес слегка осоловевший от еды Парнов и браво опрокинул в себя огненную воду.
Улыбка все больше сползала с холеного лица друга.
— А что за командировка у тебя? — в набитый рот отправился изрядный кусок осетрины.
— Да тебе, наверное, неинтересно будет, — вежливо сказал Елисеев.
— Очень, очень интересно, — заверил Парнов. — Что-нибудь покупаешь? Что-нибудь продаешь?
— Да так, по мелочи… Рыбу там, икру, дары леса, — смутился приятель. — Ну, в общем, дела кручу. На хлеб зарабатываю… И на кусок маслица тоже…
Водка вновь забулькала в рюмках.
— Ты бы, Алешка, пить бросил, — сочувственно произнес друг. — Смотри, на кого ты стал похож! Тебе бы на работу устроиться… Где ты живешь сейчас? Здесь, в Хабаровске? Бомжуешь, что ли?
Парнов отрицательно покачал головой, активно двигая челюстями. Ему, как назло, попался страшно жилистый кусок говядины.
— В Москве живу, — еле выговорил он. — Хата у меня пятикомнатная на Первой Тверской-Ямской… Женился три года назад. Жена — манекенщица бывшая. Внешность я тебе скажу!.. Исключительная. А меня любит!.. Как кошка. Тот «рено», что ты у меня видел пять лет назад, я давно продал, сейчас на «вольво» езжу. Отличная машина! Шофер мой, знаешь, о ней исключительно хорошо отзывается…
Елисеев с жалостью смотрел на покрасневшее распаренное лицо друга и его пьяненько заблестевшие глаза.
— Если хочешь, — предложил он, — я могу замолвить кое-кому словечко… Тебя возьмут на работу… Грузчиком, например… В офис. С испытательным сроком, конечно, но если пить не будешь, то…
— Да брось ты, Димон, — небрежно отмахнулся собеседник. — У меня все отлично! Понимаешь, ввязался я в одну аферу… Обещали они мне развлечение, а сами затащили меня сюда, а я от них сбежал…
Внезапно посреди бурной речи Парнов почувствовал бурный призыв желудка и вынужден был прервать свой застольный спич.
— Я сейчас, — выдавил из себя он, вставая. — На минуточку… Живот схватило…
И, придерживая руками растянутый впереди свитер, пулей кинулся из обеденного зала.
Когда Парнов, слегка освеженный и протрезвевший, мыл руки, его осенила ужасная по своей уверенности мысль.
«Это опять
Вытирая руки, он выглянул из-за двери. В обеденном зале было по-прежнему немноголюдно. В окно светило холодное солнце, сверкали бокалы на барной стойке, официант убирал грязные тарелки со стола. Как ни странно, Елисеев был на месте. Перед ним лежал счет, и он, деловито хмурясь, отсчитывал деньги.
Парнов вытер внезапно вспотевший лоб. От сердца слегка отлегло.
«Главное — добраться домой», — сказал он себе и твердым шагом направился к столику.
— Дима, по старой памяти выручи друга, — серьезно произнес он, усаживаясь за стол. — У меня ни денег, ни документов, и позарез нужно домой, в Москву. Мы сейчас пойдем с тобой в отделение милиции, я заявлю, что потерял свой паспорт, а ты подтвердишь. Мне дадут справку, и мы купим билет на самолет. У тебя есть полторы тысячи на билет?
Елисеев взглянул в глаза друга, глядящие на него с надеждой и мольбой, и как бы нехотя произнес:
— Ладно, найдется…
— Отличная затея! — одобрил Андрей Губкин, когда Константин Вешнев раскрыл перед ним карты. — Мне нравится ваша идея… Надо же, как здорово! Конечно, я бы его укокошил, если бы такой случай представился. Сколько, вы говорите, он человек положил?
— Двенадцать, — со скорбным видом уточнил Вешнев.
— Вот сволочь! Таких гадов надо душить без суда и следствия!
— Я рад, что вы так думаете…