То, что произошло между ними, было слишком новым, хрупким и неизведанным для подобных разговоров.
Девушка больше ничего не сказала, но Воин продолжал смотреть на лунный свет, и на долю секунды Дрю показалось, что она увидела, как на его лице промелькнула тень.
Когда наконец они вернулись в таверну и отвязали лошадей, Дрю больше не могла выносить молчания.
– Что-то не так? – спросила она, когда мужчина толкнул тяжелую дверь «Танцующего барсука».
Она никогда не была из тех, кто ходит вокруг да около, и, черт возьми, не собиралась начинать сейчас.
Талемир сделал еще один глоток из своей фляжки и занялся разведением огня в камине.
– Все в порядке, – сказал он ей.
Нахмурившись, Дрю последовала за ним внутрь и с удивлением ощутила, как нагрелся стальной браслет на ее коже, почувствовав не монстра, а ложь.
Талемир терпеть не мог лгать ей, но и не мог заставить себя сказать правду – он был трусом. Он проглотил тоник, не обращая внимания на приступ тошноты и прекрасно понимая, что, когда на небе появится полная луна и настанет самая темная ночь месяца, он преобразится.
С момента последней битвы при Наарве с ним это случалось несколько раз, и каждый раз это было так же больно и душераздирающе, как и предыдущий. Крылья, пронзающие его спину, когти, выстреливающие из кончиков пальцев, и эта песня тени, заставляющая его сущность вырваться на волю в срединных мирах.
Как он мог рассказать ей об этом? После всего, что они пережили, он не мог вынести стыда, что она увидит его таким. Доказать, что Дрю была права, а он был именно таким монстром, каким его считали с самого начала.
И поэтому мужчина притворился усталым от поездки, хотя они оба знали, что он мог скакать на коне целыми днями, и расстелил свой спальный мешок отдельно от ее.
Талемир понимал, что в его действиях мало смысла. Он знал, что ему следует довериться ей, и несмотря на то что сначала их отношения не шли гладко, она все равно сможет понять его. Но этот стыд, жгучий комок внутри, останавливал его каждый раз, когда он открывал рот.
Огонь в камине почти догорел, пока он лежал на боку, его тело гудело от осознания того, что Дрю всего в нескольких сантиметрах от него, что прошлой ночью он заснул, обнимая ее. Но когда девушка была так близко, он чувствовал себя еще менее способным контролировать свою тень, чем обычно, и последнее, чего хотел, – это унизительного повторения того, что произошло на горячих источниках или чего похуже.
Судя по полумесяцу, у него оставалось пять дней, а может, и меньше, прежде чем наступит та самая ночь. Талемир мог уйти, но это означало бы бросить ее без своей защиты, ему была невыносима мысль об этом. Все, что он мог сделать, – это надеяться, что Эдриенн и ее наарвийские войска прибудут до наступления новолуния, и тогда он сможет ускользнуть.
Следующий день не отличался от предыдущего, хотя отношения между ним и Дрю были натянутыми, пока они добирались на базу налетчиков. Они осмотрели окрестности деревни и проверили издалека, как там пленники на складе. Мужчина видел, что Дрю не терпелось ворваться и спасти их, но он снова напомнил ей, что им нужно дождаться генерала.
Талемир чувствовал, как она наблюдает за ним. Настолько, что он начал прятаться, когда пил тоник. Хотя рейнджер явно замечала, что он принимает больше, чем обычно. Да спасут его фурии, она была зоркой, как ее ястреб.
Они провели несколько часов, повторяя свои вчерашние действия, перепроверяя записанные им цифры и любые зацепки, которые они заметили на этот раз. Дрю набросала карту и более подробный чертеж расположения склада, включая все его выходы и окна, которые можно было увидеть с различных скрытых точек обзора по всей крепости.
Он наблюдал, как она сворачивает пергамент, ее голубые глаза были горящими и решительными, а движения целеустремленными. Она ни на секунду не переставала оценивать ситуацию, ни секунды не колебалась, пока они скрывались между зданиями и карабкались по стенам. Из нее получился бы прекрасный воин Тизмарра, возможно даже Воин Меча, если бы ей дали такую возможность.
– Ты же знаешь, что можешь рассказать мне, – выпалила она по пути к их лошадям, когда они собрали всю информацию.
Талемир взглянул на нее, собираясь сделать вид, что ничего не понял, но Дрю видела его насквозь.
В ее ответном взгляде читался вызов.
– Что бы тебя ни беспокоило, я хочу, чтобы ты знал, что можешь рассказать мне. Все, что угодно.
