Когда всё было изучено, Аня выдала Кире текущие проекты. Каждый из них содержал всю информацию, начиная с описания типажа заказчика и заканчивая сметой на примерную стоимость всех материалов.
Информации было много.
Спустя неделю, Кира познакомилась с арт-директором компании. Костя, мужчина тридцати пяти лет с молодым звонким голосом заряжал энергией всех, кто находился в радиусе десяти метров. Он носил очки с толстой чёрной оправой, в которых сидели умные живые глаза, не менее черного цвета. Их зрачки практически не отличались цветом от радужки, это пугало и завораживало одновременно.
– Кира, рад, что ты с нами наконец-то! – сказал Костя, как только увидел девушку. Она поначалу удивилась, как он её узнал, а потом сообразила, что мужчина просто знал всех остальных людей в этом здании.
– Спасибо!
– Вливаешься потихоньку? – мужчина усадил поудобнее очки на прямом широком носу.
– Да, изучила все проекты годичного архива и текущие. Пока что не понимаю, что делать дальше.
– Я привез пару заказов из Риги, завтра утром соберёмся на летучку, разберём ТэЗэ (*техническое задание) и раскидаем обязанности. Возьмёшь себе что-нибудь из нового, чтобы не вливаться во что-то уже выстроенное.
– Ладно. – Она могла только широко улыбаться в ответ.
– Ещё тебе нужно посмотреть, как мы с людьми контактируем. Будь готова, это не всегда происходит в офисе. На прежнем месте ты выезжала на объекты?
– Да, конечно. Полностью вела проекты, не только эскизы рисовала.
– Тогда это вообще потрясающе. Понятно, почему твой начальник с боем не давал мне твои контакты всё это время.
Кира не смогла вытолкнуть изо рта ни слова, она только улыбнулась.
– Ладно, убегаю дальше. Нужно ещё Паше постучать по кумпалу, за лепнину на стенах китайского ресторана. – Костя исчез из её кабинета так же феерично, как появился, постукивая пальцами по стенам, отщелкивая ритм другой рукой и напевая что-то себе под смуглый нос.
Кира опустилась в своё синее кресло и оттолкнулась двумя ногами от пола. Она отъехала назад и врезалась в стену. Костя, намеренно или ни о чем не подозревая, ляпнул лишнего. Ведь Саша ни разу не сказал ей, что крупная успешная компания-конкурент хочет переманить её к себе.
– Как будто я бы бросила твою конторку, дурак! – она потерла пальцами глаза и тут же выругалась, вспомнив про слой туши на ресницах.
Спустя ещё одну неделю Кира вошла утром в здание АртЛайфа и впервые почувствовала себя своей.
Людей по-прежнему было много, но теперь они выглядели не как пестрый муравейник насекомых с другой планеты. Все имена и должности были запомнены, по крайней мере, те, с кем Кира контактировала за это время. Первые впечатления пересмотрены. Теперь офис делился на людей, которые плыли на одной волне с Кирой, и на тех, кто плескался в других водах, но не менее достойных и творческих.
Восемь дизайнеров, Кира благодаря своему опыту стала девятой, курировали проекты, каждый – свой. У каждого в подчинении была парочка художников и художников-графиков для рутинной работы. Полагалась возможность консультироваться с архитекторами компании и вездесущим арт-директором, который успевал следить за ходом каждого проекта.
Удивлением для Киры стало то, что в этом здании отсутствовало такое понятие, как конкуренция. По крайней мере, так ей казалось. Хоть каждый дизайнер и получал разные по сложности, а соответственно и по оплате проекты, соревнования между ними не велось.
Паша, тот самый парень-художник, который не мог справиться с дизайном китайского ресторана и получал за это по кумпалу от Кости, ввалился однажды в кабинет Киры. Худощавый и высокий юноша прогибался под весом тубусов и ватманов. Если бы он выбрал профессию актера, то до самой пенсии мог бы играть студентов. Такой у него был ребяческий типаж, благодаря генетике.
– Кир! Ну, скажи мне, что со стенами делать?! – Парень беспросветно картавил. Он скинул тубусы на кресло, а ватманы на стол, прямо поверх бумаг, над которыми сидела Кира. – Пустых стен они не хотят, лепнина, видите ли, не в восточном стиле! Узоры с золотыми драконами – это дёшево! А с красно-черными – слишком пафосно! – он сел на пустое кресло, напротив того, что завалил тубусами.
Кира сморгнула удивление, и начала рассматривать эскизы Паши.
– Они открываются с нуля или рестайлинг?
– Всё сразу у них, рестайлинг, потом будет ребрендинг. – Парень вытащил тоненькую папку со дна кресла. – Вот. Он расстелил перед женщиной стопку фотографий. – Раньше это была забегаловка, красные стены, черные столы и лавки, а теперь, видите ли, ресторан.
– Чего хотят?
– Стильно, дорого, гармония, много зелёных растений.
Кира пролистала фотографии, бумаги с проектировкой помещения и неудавшиеся наброски Паши. Парень рисовал в своем неповторимом стиле, чуть небрежном и угловатом, но фантастическом. Множество линий, хаотичных и грубых пересекались и создавали туманную картинку. Поверх графитного рисунка ложилась пастель и оживляла макет мягкими цветами.
