Идти в замок не хотелось, и Саша вышла на любимый променад у крепостных стен, но ее скамейка уже была занята.
– Он еще и поет! – возмутилась девушка. На скамейке с видом на далекие рощи и россыпь домиков сидел одинокий японец и пел что-то на своем, японском…
Саша встретила его еще раз, уже в сумерках – то ли кьянти перепил, то ли яд Тосканы слишком глубоко проник в кровь, но японец, пошатываясь, медленно брел по улице, часто останавливаясь и обнимая старые стены.
– Во всяком случае, это не наш душитель, – подумала девушка и отправилась спать.
На следующее утро позвонила Джованна:
– Сегодня будем обедать у Антонии в «Древнем источнике». Симона звонила, она с раннего утра сидела в архиве и что-то накопала, часам к двум подойдет в ресторан. Представляешь? – засмеялась Джованна. – Наша богемная леди рванула в архив к открытию, вот это зацепило!
Зацепило и Сашу, хорошо, что время до обеда прошло быстро, у нее накопилось множество сообщений по работе, на которые надо было ответить, так незаметно и подошел обеденный час.
Говорят, что женщины наряжаются ради мужчин. Но Саша была уверена, что все не так, женщины стараются выглядеть как можно привлекательнее исключительно из-за других женщин. Вот и сегодня девушка даже пару раз поменяла одежду, в которой собиралась на обед.
«Как умудряются итальянки выглядеть стильно в джинсах и рубашках, чувствуешь себя на их фоне бледной молью!» – подумала девушка. Повязала легкий шарф, завершающий образ, покрутилась перед зеркалом, но вспомнила погибшую соотечественницу, и желание идти в шарфике пропало. В конце концов, вертясь перед зеркалом, она чуть не опоздала к назначенному времени, хотя от замка до ресторана Антонии было ровно три минуты ходьбы.
Как и в большинстве других ресторанов верхнего города, часть столиков в «Источнике» стояла на улице, на небольшом возвышении среди цветов и деревьев, с захватывающими видами на долину. В этот раз подруги договорились расположиться снаружи, и Джованна уже сидела за столиком, когда Саша появилась на террасе.
– Я заняла номер 17 – это мое счастливое число! У тебя как с семеркой? – спросила Джованна.
– Да обычно, никак, – удивилась Саша, она никогда бы не додумалась выбрать столик из-за его номера, – семнадцатый столик – нормально. А кстати, почему ресторан называется «Древний источник», тут же никаких источников нет?
– А-а, ты же не знаешь, – засмеялась Джованна, – и закричала: – Антонияяя!!!! Алессандра хочет руки помыть.
– Иди сюда, – появилась в дверях ресторана его хозяйка, Антония, – тебе вон в ту дверь.
Саша, которая прошла три минуты от замка до ресторана и не собиралась мыть руки, удивилась, зачем об этом надо кричать на всю улицу, но послушно встала и вошла в дверь ресторана.
– Направо, направо, – махнула рукой женщина, раскатывающая тесто на кухне.
Саша послушно шагнула направо и оказалась в кабине с прозрачными стенами. На табло было две кнопки, одна указывала вверх, другая вниз.
Саша нажала кнопку со стрелкой вниз. Кабина вздрогнула и осталась на месте.
– Жми, жми сильнее, – закричали с кухни.
Саша нажала еще раз, кабина снова вздрогнула и осталась неподвижной.
Тогда Саша нажала кнопку и не отпускала, пока кабина не заворчала, нехотя тронувшись с места, и, наконец, не спустилась в подвал.
Там, напротив современных удобств для синьор и синьоров, в стене виднелись останки древнего фонтана.
– Ну и система, – удивилась Саша, выбравшись наверх.
– Ну, тут и лестница есть, – улыбнулась Антония, – но так ведь интереснее!
– Говорят, что в этом месте оплакивала несчастную любовь одна местная девица, лет пятьсот назад. Вот и наплакала усердно целый источник, – объяснила Джованна, с тех пор так он и течет в этом старом фонтане.
Бутылка кьянти была почти допита под изумительную запеканку с луком-пореем, коронным блюдом Антонии, и доедено мясо с розмарином, которое показалось Саше вкуснее флорентийского бифштекса.
Нарезанное тонкими широкими полосками мясо с гриля было уложено на подушку из руколы, сбрызнуто густым бальзамическим уксусом, а сверху таяли прозрачные лепестки пармезана.
– Ты что, никогда не ела тальяту? – удивилась Джованна. – Ну, ты даешь, это же в каждом ресторане подают! Но у Антонии она лучшая.
В этот момент и появилась запыхавшаяся Симона. Она залпом выпила бокал минеральной воды и рухнула на стул.
– Ой, девочки, я вам сейчас все расскажу, – начала она, – я целый день просидела в архиве. Все старые книги подняла. У самого Антонио Дзимарди потомков не осталось, а вот у дяди той убитой девушки, Марии, есть прямой потомок, и зовут его, кстати, Антонио. Представляете? Он живет тут рядом, в Марьяно, в паре километров. Не знаю, чем он занимается, но у меня есть знакомый в Марьяно, я все у него узнаю.
– А, в немецкой деревне, – сказала Джованна.
– Почему немецкой? – удивилась Саша.
– Там все дома уже немцы скупили, теперь и улицы, и меню в кафе, все на немецком, – объяснила Джованна и спросила у Симоны: – С чего ты вообще родственников этого дяди искала?
