– Да, старушка, не мешайся под ногами. Это самая лучшая помощь, которую ты можешь нам оказать.
Я страдальчески закатываю глаза, а Юнатан жизнерадостно смеется. После чего они вместе с Закке отправляются на кухню, откуда вскоре доносится священный хлопок откупоренной бутылки шампанского. Шампанское и сыр – вот и все, что мне известно о предстоящем ужине. Но насколько я знаю Закке, помимо этого будет много чего еще, но это сюрприз. Когда дело касается еды, сюрпризы довольно приятная вещь.
Пока я пытаюсь вытереть с сумки следы рвоты, появляется Юнатан и вручает мне бокал шампанского.
– Держи. Возможно, алкоголь поможет тебе сладить с нервишками.
Я ухмыляюсь:
– Это ты о чем? Я совсем не нервничаю.
Он улыбается и снова исчезает на кухне.
Ну ладно, возможно, я немного приврала. Так, самую малость.
На самом деле я нервничаю.
Поломку водопровода в моей квартире наконец-то устранили. А если учесть, сколько времени ушло на ремонт моей однушки, то завтра я рассчитываю въехать в Тадж-Махал, не меньше. Это мой последний вечер у Закке и Юнатана, во всяком случае, в качестве их временного постояльца.
Они ангелы и решили отметить мой переезд праздничным ужином. А еще они шутники и захотели, чтобы я пригласила в свою жизнь мужчину. (ВНИМАНИЕ: исключительно их выражение, не мое.)
И теперь этот самый мужчина в любой момент может позвонить в нашу дверь.
Я вхожу в гостиную, где парни зажгли свечи и накрыли большой элегантный деревянный стол. Из динамиков стереоустановки льется глубокий голос Норы Джонс. С бокалом шампанского в руке я подхожу к окну, которое выходит на Мариаторгет. Начало ноября, и осени скоро больше не будет. Будет зима.
Но я рада этой смене сезона. Осень прекрасна, волшебна и не лишена поэтического очарования. Но вместе с тем она промозглая. Сырая. И темная. А после событий последних недель я чувствую, что мне нужен свет. Пришло время белому холоду осветить эту землю. Снежинкам пора закружиться в вальсе.
И только я успела это подумать, как пошел снег. Я моргнула, чтобы убедиться, что это не обман зрения. Но нет. Действительно пошел снег. Завтра с утра вся площадь будет белой.
Вернувшись домой с Буллхольмена, я позвонила ведущим «Кровавого следа» и рассказала им о том, как провела выходные. И они настолько впечатлились, что решили пораньше поставить в эфир репортаж о Лайле Дамм. Мне даже удалось добиться нескольких комментариев от Эллы, которая неожиданно разоткровенничалась и рассказала, что именно она обнаружила в доме своих родителей в Северной Ирландии. Ее находка превратила мой материал в настоящий триллер. И теперь, спустя неделю после выхода той передачи в эфир, «Кровавый след» переживает пик своей популярности. Теперь мне осталось разобраться только с Юнасом Вилкинсом. Но после дела Лайлы Дамм подобные истории для меня как орешки. Все равно что про кражи велосипедов писать.
Я делаю глоток шампанского (просто божественно!), и в этот момент раздается звонок в дверь. Сердце подпрыгивает у меня в груди.
– Силла! – вопит Закке из кухни. – Это к тебе!
– В самом деле? А я думала, к Арете.
Вся на нервах, я выбегаю из гостиной, продолжая сжимать бокал шампанского в руке. Но у большого зеркала в прихожей притормаживаю.
Перед этим я приняла душ и нанесла на тело столько крема, как будто готовлюсь к бальзамированию. И теперь пахну словно целая кокосовая роща. И на волосах у меня столько всякой косметической всячины, что озоновый слой, должно быть, совсем истончился. Ресницы густо намазаны тушью. Хотя я никогда не пользуюсь тушью.
Может, я слегка переборщила? И теперь смешно выгляжу?
Звонок раздается снова.
Я делаю шаг вперед и открываю входную дверь. На лестничной площадке стоит он. При виде меня его лицо озаряет улыбка. На нем темно-серое пальто, плечи которого припорошены белыми снежинками. Некоторые даже запутались в его волосах.
– Привет, – говорю я. – Добро пожаловать!
– Спасибо.
– А я как раз увидела в окно, что пошел снег!
Он смеется, когда я показываю на его волосы.
– Да, к счастью. Иначе бы ты решила, что это перхоть.
Я улыбаюсь и делаю шаг назад, давая ему войти.
– Я рада, что пошел снег, – говорю я. – Соскучилась по зиме.
– Согласен. Это тебе.
Он протягивает мне белую лилию, и я удивленно беру ее в руки. Я никогда в жизни не получала цветов. Ни от кого.
– Надеюсь, она ничего так, смотрится. Мне как-то раньше не приходилось покупать цветы.
Я смотрю на лилию в моей руке, чувствуя себя непривычно растроганной.
– Ой, спасибо большое!
– А это парням.
Он достает бутылку красного вина. Сложный витиеватый шрифт не дает разобрать, что написано на этикетке.
– Надеюсь, оно придется им по вкусу. Я попросил девушку в винном магазине подыскать что-нибудь шикарное и из Италии. И она нашла вот это. «Бандито», так, кажется, оно называется. Сам-то я только в пиве разбираюсь.
