На собрание клуба вязания пришло так много вампиров, что понадобились дополнительные стулья. Всего нас было двадцать три. Встреча началась как обычно. Мы показали друг другу текущие проекты, те, кто нуждался в совете, попросили его, а затем все принялись за вязание.
Я работала над парой носков, к которым приступила несколько недель назад. Было приятно хотя бы попытаться влиться в компанию. Однако сегодня, по моим ощущениям, мы лишь быстро прошлись по формальностям, чтобы перейти к главной части вечернего времяпрепровождения – сплетням.
Все вампиры выразили желание помочь с расследованием – не из альтруизма, а просто от скуки.
– Думаю, мне стоит вернуться к занятиям йогой, – сказала я, похлопав немного обмякший за последнее время живот. – Надо сбросить вес. Запишусь к Бесси, а после занятия попробую остаться с ней наедине и поболтать. Вдруг она что-то знает или видела?
– Отличная идея! – улыбнулась бабушка. – А еще нам следует придумать, как поговорить с вдовой, Элспет Монтегю. Я этого сделать не могу: она меня узнает. Смерть мужа – уже большой удар, и внезапно воскресшая подруга ей сейчас точно не нужна.
Все согласились, что это повергнет бедняжку в шок.
– Со мной она не знакома, – предложила Сильвия. – Я могла бы притвориться флористкой и доставить ей букет с соболезнованиями. Не беспокойтесь, я сумею завоевать ее доверие.
– А что насчет доктора Сильвестр? – спросила я. – Стоит ли узнать о ней больше?
Тиша Баггинс горела желанием помочь. Больше всего на свете ей хотелось быть в центре внимания, но ее беспрестанная болтовня мешала ей добиться цели: когда она говорила, другие или спешили уйти, или попросту не слушали.
– Я могу пойти к доктору! – вызвалась Тиша. – Притворюсь, что больна истерией или, может быть, чахоткой.
Женщина прикрыла рукой рот и кокетливо покашляла.
Сильвия и бабушка обменялись взглядами и едва заметно покачали головами.
– Тиша, дорогая, чахотка, которую теперь называют туберкулезом, сейчас встречается крайне редко, – ответила Сильвия. – А с «истерией» к врачу не обращались уже более века. Кроме того, как ты думаешь, что выяснит доктор, когда начнет обследовать тебя?
Тиша так сильно расстроилась, что Альфред на секунду перестал вязать.
– Может, тебе стоит продать что-то врачу?
– Например?
– Допустим, билеты на костюмированную пьесу, – встряла Эстер, угрюмая девушка, навечно застрявшая в подростковом возрасте. – Она должна поверить, с твоим-то идиотским прикидом!
Будь в теле Тиши достаточно крови, она бы покраснела от злости. Однако ей оставалось лишь выпрямиться – хотя идеальную осанку уже обеспечивал корсет на китовом усе.
– Я не позволю в свой адрес подобную дерзость!
– Вообще, идея неплохая, – вмешалась в разговор я. – Скажите доктору Сильвестр, что одна из ее коллег хочет поставить спектакль о… о… – я осмотрелась по сторонам, – женщинах-врачах Викторианской эпохи.
– Да, в то время они были, – кивнул доктор Уивер.
– Она тоже женщина-врач и должна заинтересоваться. А потом заведите разговор о недавней ужасной трагедии.
Тиша тут же просияла:
– Да! Ты прекрасно придумала, Люси! Я так и поступлю.
Эстер закатила глаза и принялась тыкать спицами пряжу. Моя бабушка, которая всегда старалась всех приободрить, не могла этого не заметить.
– Ты предложила отличную идею, Эстер! А тебе, может, стоит подружиться с молодым человеком? Я о поваре Джиме.
– Фу! Как не стыдно! Мне вообще-то всего шестнадцать!
– Я имела в виду не это. Скажи ему, что видела, как он работает на кухне в чайной. Поделись, что мечтаешь в будущем тоже стать шеф-поваром.
– Ага, – как всегда скучающим тоном буркнула девушка.
Однако я заметила, что она перестала колоть пряжу так, будто пыталась ее убить, и действительно принялась за вязание. Уже хорошо.
К концу встречи всем, кто хотел поучаствовать в расследовании, достались поручения. Остальные согласились следить за происходящим в Оксфорде во все глаза и уши и сообщать нам, если удастся выяснить что-то интересное. Чего только вампиры с их острым слухом не узнавали в пабах и на улицах!
Рейф, как ни странно, никакой задачи для себя не взял.
– А вы что будете делать, Рейф? – обратилась я к нему.
– Изучу прошлое полковника Монтегю. И, пожалуй, Геральда Петтигрю, – с холодной улыбкой сказал он.
– Вы считаете, он может быть убийцей? Или предполагаемой жертвой?
– Не исключаю ни того, ни другого. Я хорошо отношусь к Флоренс и Мэри Уотт. Если этот мужчина что-то скрывает, я выясню это прежде, чем он успеет натворить дел.
– Но Флоренс так счастлива!
– Постараемся, чтобы это не изменилось. А вы чем займетесь, Люси?
Не успела я ответить, как меня перебила Сильвия:
– Разумеется, Люси будет общаться с инспектором Иэном Чисхольмом. Он же глаз от нее отвести не может!
– Неправда! – покраснела я.
– Еще какая правда! Используй его чувства к тебе, чтобы получить информацию.
Я ощутила на себе прохладный пристальный взгляд Рейфа. Щеки запылали еще сильнее.
– Нет, он не…
Спас меня Альфред, длинноносый вампир:
– Боже мой, девочка, ты чего натворила с этим носком? Таким только кастрюли чистить!
