Мне открыла горничная и сказала, что викария нет дома, но он скоро будет, а в кабинете его ожидает полковник Протеро. Так вот, я не счел возможным уходить, дабы это не выглядело таким образом, будто я уклоняюсь от встреч с ним. Поэтому я сказал, что тоже подожду викария, и прошел в кабинет.
Он замолчал.
– Ну? – произнес полковник Мелчетт.
– Протеро сидел за письменным столом – в той самой позе, в которой вы нашли его. Я подошел к нему… хотел прикоснуться. Он был мертв. Потом я посмотрел вниз и увидел на полу рядом с ним пистолет. Я поднял его и сразу увидел, что это мой пистолет. Меня бросило в дрожь. Надо же, мой пистолет! А потом я сделал вывод – он напрашивался сам собой. Энн, должно быть, в какой-то момент взяла мой пистолет, предназначая его для себя на тот случай, если ей совсем станет невмоготу. Вероятно, он был у нее с собой. После того как мы с ней расстались в деревне, она, по всей видимости, вернулась сюда и… и… ох! Полагаю, я помешался, если подумал такое. Но именно так я и подумал. Я сунул пистолет в карман и ушел. У калитки я встретил викария. Он мило поприветствовал меня и говорил что-то о встрече с Протеро, и вдруг на меня накатило дикое желание расхохотаться. Его манеры были такими обыденными, будничными, а у меня внутри будто все сильнее и сильнее натягивалась струна. Помню, я выкрикнул что-то нелепое и увидел, как изменилось его лицо. Я едва не потерял голову. Я пошел прочь… прочь… я больше не мог этого выносить. Если Энн совершила столь чудовищную вещь, то я должен нести за это ответственность. Я пошел и сдался.
Наступила тишина, когда он закончил. Затем полковник деловым тоном произнес:
– Я хотел бы задать вам один-два вопроса. Первый: дотрагивались ли вы до тела, передвигали ли его в ту или иную сторону?
– Нет, не дотрагивался. То, что он мертв, было видно и без этого.
– Вы заметили записку, лежавшую на бюваре[17] и полуприкрытую его телом?
– Нет.
– Вы что-то делали с настольными часами?
– Я не прикасался к часам. Насколько я помню, они уже были опрокинуты на стол, но к ним я не прикасался.
– Теперь относительно вашего пистолета: когда вы в последний раз видели его?
Лоуренс Реддинг задумался.
– Трудно сказать наверняка.
– Где вы хранили его?
– Ох… среди хлама и всякого барахла в гостиной, у себя в коттедже… На одной из полок в книжном шкафу.
– Вы были настолько беспечны, что просто держали его на полке?
– Да. Я не вспоминал о нем. Он лежал там себе и лежал.
– И любой, кто приходил в коттедж, мог увидеть его?
– Да.
– И вы не помните, когда в последний раз видели его?
Лоуренсу опять пришлось рыться в памяти, и он от усердия свел брови на переносице.
– Я почти уверен, что он лежал там позавчера. Помню, как отодвинул его в сторону, чтобы достать старую курительную трубку… Думаю, это было позавчера, хотя не исключено, что и днем ранее.
– Кто в последнее время заходил к вам в коттедж?
– Ох! Куча народу. У меня постоянно кто-то бывает – одни приходят, другие уходят… Позавчера я устроил своего рода чаепитие. Леттис Протеро, Деннис и вся их компания. А еще время от времени ко мне наведываются наши старушки.
– Вы запираете коттедж, когда уходите?
– Нет, с какой стати? У меня нечего красть. Здесь никто не запирает дома.
– Кто занимается вашим хозяйством?
– Каждое утро приходит старая миссис Арчер, чтобы «пособить», как она выражается.
– Как вы думаете, она вспомнит, когда в последний раз видела пистолет у вас дома?
– Не знаю. Может быть. Но я бы не сказал, что добросовестная уборка пыли – это ее конек.
– Что же получается… практически любой мог взять ваш пистолет?
– Получается, что так.
Открылась дверь, и в кабинет вошел доктор Хейдок, а с ним – Энн Протеро. При виде Лоуренса она вздрогнула. Он же, робко шагнув к ней, сказал:
– Прости меня, Энн. Это было мерзко с моей стороны – подумать такое.
– Я… – Она замолчала, а потом устремила умоляющий взгляд на полковника Мелчетта. – Это правда? То, что рассказал мне доктор Хейдок?
– Что с мистера Реддинга сняты все подозрения? Да. А теперь, миссис Протеро, перейдем к вашей истории. Ну-ка, что там у вас, а?
Она застенчиво улыбнулась.
– Наверное, вы думаете, что я поступила ужасно?
– Вообще-то я бы выразился иначе: глупо. Но все закончилось. Мне от вас, миссис Протеро, нужно одно: правда, абсолютная правда.
Она сосредоточенно кивнула.
– Я вам все расскажу. Думаю, вы знаете о… обо всем.
– Да.
– В тот вечер я должна была встретиться с Лоуренсом… с мистером Реддингом в студии. В четверть седьмого. Мы с мужем приехали в деревню вместе. Мне нужно было сделать кое-какие покупки. Когда мы расставались, он невзначай упомянул, что собирается увидеться с викарием. Я хотела предупредить об этом Лоуренса, но у меня все не получалось, и я волновалась. Я… в общем, мне было неловко встречаться с ним в саду у викария, пока в его доме находится мой муж.
Ее щеки запылали. Для нее этот момент был не самым приятным.
