— Ты ведь всё равно не станешь встречаться с таким, как я.
— А какой ты?.. — она смотрела на него из-под разноцветной чёлки — учителя в школе каждый день начинали с недовольного ворчания по поводу её слишком вызывающего внешнего вида, и Мэйнард внутренне замирал от восторга: Ариана только нахально улыбалась ярко накрашенными губами в ответ.
— Слишком обычный? — предположил он. Ему не приходило в голову даже представить их вместе.
— М, да?.. — она поднялась и вдруг опустила ему на плечо ладонь. — Ну что же, слишком обычный Мэйнард Джонс, я жду тебя на парковке. Идёт?..
— Идёт, — опешил он, внезапно понимая, что она помнит его имя.
Ариана действительно ждала его, а когда он сел в машину, вырулила с парковки, увозя его куда-то за пределы городских огней. Мэйнард не знал, о чём говорить, лишь промямлил что-то о том, как Ариана нравится ему. В ответ она фыркнула и прибавила газу.
Машина остановилась под деревьями, там, где от трассы отходила небольшая дорога. Октябрьская ночь была тёплой, воздух пах пряно и как-то запретно, а Ариана, откинувшись на спинку водительского сиденья, сказала:
— Знаешь, почему мы покинули Флориду?.. Я залетела. Пришлось делать аборт, и родители решили, что меня нужно увезти подальше от пересудов, — Ариана усмехнулась и полезла в бардачок. — Так что наденешь его, — и выудила шуршащий запаянный квадратик презерватива, — без разговоров.
Мэйнард думал, что она позволит себя только поцеловать. У него не было никакого опыта, а все представления о сексе он почерпнул из пары кассет с порно и нескольких засмотренных до заломов на страницах журналов. Но Ариана оказалась настроена куда решительнее, и это возбудило его до предела.
Он выполнял всё, что она говорила, касался так, как она приказывала, разве что кончил быстрее, чем ей хотелось. Однако, посмеявшись, она объяснила, что ещё он может сделать, чтобы ей было так же хорошо.
После она закурила и ленивым тоном рассказала, что ей нравится секс, но она не доверяет не девственникам. Не желает быть в чьём-то списке, а любит составлять списки сама. Мэйнарда это устраивало, и они начали встречаться дважды в неделю. В конце декабря, под самое Рождество, родители Арианы сообразили, что происходит, и снова увезли её…
После у Мэйнарда были другие женщины. С кем-то получалось удачно, с кем-то — не очень. Кто-то динамил его, кого-то он бросал. Но Ариану забыть он так и не смог. И ему всегда втайне хотелось, чтобы женщина взяла над ним контроль, как в тот раз, руководила им, позволила бы получить удовольствие. Точно знала бы, что ему нужно и чего хочет она сама.
Он никому и никогда не признался бы в том, что этого жаждет.
***
Машина остановилась в тени деревьев. Звука трассы здесь почти не было слышно.
Мэйнард замер, как замирают животные в надежде, что хищник пройдёт мимо и не заметит их. Даже всё тело налилось непонятной тяжестью. Страх это был или осознание неизбежности?..
Мэнди, сощурившись, посмотрела на него, вдруг поймала за подбородок и поцеловала.
Для Джонса это оказалось невероятной встряской. Он думал, что убийца оставил свою игру, что они перешли к финальному акту, но тогда поцелуй не вписывался в картину. А если это не так, тогда он должен был… ответить?
Несмотря на то, что он прекрасно понимал теперь — Мэнди не такая, как ему представлялось, это решительное действие заставило его испытать что-то, крайне схожее с возбуждением. От самого себя Мэйнарду в ту же секунду стало тошно, и потому поцелуй всё же вышел неловким и смазанным, как будто бы Джонс занимался этим впервые.
— Для пылкого влюблённого ты как-то чересчур скован, Мэйнард, — заметила холодным тоном Мэнди. — Что такое?..
Мысли превратились в вязкую кашу, Мэйнард не понимал, что ему делать и говорить. На ум пришло только неуклюжее:
— Знаешь, привык… к комфорту, — он выдохнул, и в тот же момент Мэнди оседлала его колени. Совсем как когда-то это сделала Ариана. Резкое и решительное движение, от которого в прошлом у него мурашки сбежали по позвоночнику, словно электрический ток.
Сегодня они тоже появились — это желание оттолкнуть оказалось настолько сильным, что Джонс едва заставил себя не шевелиться вовсе, обратиться статуей.
Ирония судьбы, верно? Красивая женщина на его коленях, жаждущая и страстная, — на самом деле убийца и вряд ли желает сделать ему приятно.
— Ты так меня достал, Мэйнард, — вдруг проговорила Мэнди, и тяжёлые и крупные ладони сомкнулись на его шее. Он беспомощно всплеснул руками, но в нём внезапно словно не осталось никаких сил вообще!
Он ждал, что это произойдёт, с того самого момента, как они остановились. Вот только не как ждут, чтобы освободиться и вовремя среагировать. Не как те, кто желает выжить любой ценой. В нём что-то мгновенно сломалось, он стал мягким и покорным, и пальцы сдавливали шею всё сильнее.
— Ужасно меня достал! — в изменившемся разом голосе звучали стальные ноты. — Такого тупорогого детектива я не встречал за всю свою жизнь, а знаешь, приходится сталкиваться со всякими, когда следишь за тем, как расследуют убийства, которые совершаешь.
