Маркус почуял, что напал на след. Автоматом включился режим «Доберман». Он действительно в такие моменты был похож на крупного пса, готового атаковать.
«Надо не дать им опомниться. Видимо, я попал в точку».
В упор глядя на свидетеля, Маркус перешел в атаку:
– Фрау Чобан, вы тоже присутствовали на передаче вашей компании активов «М-Инвест»?
– Я не… я…
– Герр Чиолак, а каким образом сделка была проведена в отсутствие вашей дочери?
На удивление допрашиваемый очень быстро собрался. Словно у него заранее был готов на этот вопрос ответ.
– Я говорил вам еще в прошлый раз, что это – случайное совпадение. Процесс передачи активов «М-Холдинг» компании, которая принадлежит Анжеле, – это давно согласованное мероприятие, связанное с тем, что у холдинга «М-Инвест», принадлежавшего моей покойной дочери, были задолженности, которые холдинг не мог погасить, и поездка была запланирована задолго до… до того дня.
В дверь постучали и, не дожидаясь ответа, вошли. Это был Тобиас. В руках он держал листы, испещренные цифрами.
– Шеф, я извиняюсь, это срочно. – И положил бумаги на стол.
В левом верхнем углу степлером был прикреплен маленький квадратный листок. На нем значилось: «Двадцать минут». Маркус посмотрел на младшего криминалиста и молча кивнул.
Тобиас кашлянул, прикрыв рот рукой. Он развернулся таким образом, как будто обращался к отцу погибшей.
– Итак, в день убийства все активы холдинга были переданы молдавской компании. Единственный объект, который остался во владении холдинга и непосредственно принадлежал убитой, – это «Подвал».
– Какой еще подвал? – недоуменно переспросил Добберт.
Отца убитой снова словно подкинуло на месте. Редкие волосы на голове взмокли.
– Извините, шеф. Забыл, что вы приезжий. «Подвал» – это ночной клуб во Франкфурте. Находится здесь недалеко, сразу за Оперн Платц.
– Интересное название.
– Да, вход стилизован под спуск в подвал, отсюда и название. Очень популярное место, я вам скажу. С четверга по понедельник там просто не протолкнуться. У входа всегда километровая очередь. И знаете что интересно, шеф?
– Что же?
– Клуб последние несколько лет терпит убытки и практически обанкротился.
– И что же?
– Шеф, я же говорю: там вечно не протолкнуться, и они торгуют алкоголем. Когда это торговля алкоголем была убыточной, да еще при такой проходимости? В таких местах обычно покупают напитки за наличные, и отследить прибыль почти невозможно.
– Но этим пусть занимается Финанцамт.
– Согласен, – кивнул Тобиас. – Кое-что еще. Буквально месяц назад с расчетного счета клуба была снята наличными сумма в двести восемьдесят тысяч евро, безо всяких документов и объяснений.
– Кем?
– Ну, естественно, деньгами могла распоряжаться только владелица и управляющий, некий герр Штайн. Самое интересное, что через пару дней Штайн внес эту же сумму в уставной капитал клуба и стал его полноправным совладельцем. После этого на счета клуба вообще перестала поступать какая-либо прибыль. А двести восемьдесят тысяч евро опять сняли со счета ночного клуба через несколько дней.
– То есть Арина Чиолак фактически подарила управляющему половину клуба?
– Да, так и есть.
Добберт повернулся к отцу убитой. Тот сидел весь пунцовый, по лицу градом струился пот. Выглядел он так, будто его вот-вот хватит удар.
– Герр Чиолак, с вами все в порядке?
– Да-да, можно мне воды? – попросил он сдавленным голосом, достал платок и начал вытирать вновь вспотевшие голову и лицо.
– Сходи к автомату за водой, и мне тоже принеси, пожалуйста, – попросил Маркус Тобиаса и повернулся к допрашиваемому.
Тобиас молча кивнул и вышел.
– Итак, буквально за месяц до смерти ваша дочь дарит половину вашего клуба управляющему, а затем еще снимает крупную сумму со счета. Вы знали об этом?
Глаза у мужчины забегали. Было видно, он решает, сказать или нет, что данный факт ему известен.
– Да, я знал об этом, так как регулярно проверял состояние счетов в компании холдинга.
– А что ваша дочь сказала по этому поводу? Почему она подарила управляющему половину клуба и еще дала двести восемьдесят тысяч?
– Она сказала, что дала эти деньги ему в долг.
– Вот как?
– Да.
– Во время нашей первой беседы я спрашивал, есть ли у вас должники либо кредиторы. Но вы все отрицали.
Чиолак опустил глаза, но ответить не успел. В кабинет без стука вошел Тобиас, а с ним два офицера. Он прошел и молча положил перед Доббертом на стол новые бумаги.
Это были результаты экспертизы идентификации личности мужчины, попавшего в объектив камеры наблюдения в момент убийства.
Маркус пробежал документ глазами. Встал и произнес:
– Герр Чиолак, вы арестованы по подозрению в убийстве вашей дочери, Арины Чиолак.
Офицеры подошли и встали по обеим сторонам. Мужчина побледнел и прерывающимся голосом буквально просвистел:
– Я… Да вы что? Да что вы себе позволяете?! Я не убивал!
– Вы попали на запись камеры наблюдения, установленной на банке на Оперн Платц. Там хорошо видно, как вы входите в парк в то время, когда было совершено убийство, а через некоторое время выбегаете. Вы же утверждали, что всю ночь провели дома.
– Да нет же, я просто, когда… Я все объясню!
