Лиззи Мартин приезжает в Лондон по приглашению жены своего крестного отца, чтобы стать ее компаньонкой. По пути в дом, где ей предстоит жить, она видит подводу, на которой лежит труп. Лиззи считает такую встречу зловещим предзнаменованием. Позже оказывается, что это тело убитой Маделин Хексем, бывшей компаньонки, место которой суждено занять Лиззи.Лиззи, смелая и прямодушная девушка, идет на риск, решив самостоятельно выяснить, кто убил ее предшественницу. От Скотленд-Ярда расследование ведет инспектор Бен Росс. Он земляк Лиззи и помнит ее девочкой. В свое время отец Лиззи, доктор Мартин, оплатил учебу Росса в школе, и Росс считает его своим благодетелем.
Эту книгу, действие которой разворачивается в прошлом, я посвящаю своим внукам, Уильяму и Джози Халм, которые олицетворяют собой будущее…
Мне хочется поблагодарить всех, кто помог мне в работе над этой книгой. Особое спасибо Кэтрин Ард, Дэвиду Беллу, Джо Барроузу и Джоан Локк.
Паровоз протяжно выдохнул — словно огромная пожилая леди, ослабившая шнурки на корсете, — и окутал всех и вся клубами едкого дыма и пара. Постепенно дым поднимался над платформой и скапливался под крышей вокзала. Запах напомнил мне детство, кухню и нашу экономку Мэри Ньюлинг, которая поручала мне чистить крутые яйца.
Время от времени дымовая завеса ненадолго развеивалась, и я видела очертания человеческих фигур; они сменяли друг друга, как в «волшебном фонаре». Вот женщина с большим дорожным саквояжем тянет за собой малыша в матросском костюмчике. Потом женщина и малыш исчезли так же внезапно, как появились, зато неподалеку возник мужчина в куртке, ярких клетчатых брюках и цилиндре, лихо заломленном на затылок. Незнакомец смерил меня хищным, оценивающим взглядом; прежде чем его снова скрыло облако черного дыма, я успела понять, что не заслужила его одобрения.
«Не огорчайся, Лиззи Мартин! — велела я себе. — Ты совсем не красотка и одета не модно, зато можешь не опасаться, что попадешь в беду».
И все же мое тщеславие оказалось задето — уж слишком быстро незнакомец меня отверг.
К моему огромному облегчению, дым быстро развеивался, и в следующий раз рядом со мной возникла фигура в форме носильщика. Низкорослый и жилистый человечек неопределенного возраста ухмыльнулся мне и коснулся пальцами своей фуражки. Несомненно, его жест призван был продемонстрировать уважение, однако я невольно подумала, что, незаметно дотрагиваясь пальцами до виска, обычно люди имеют в виду кого-то, кто не совсем нормален, попросту говоря, не в своем уме.
— Взять ваш багаж, мисс?
— У меня всего один саквояж, — как бы оправдываясь за скудость своего багажа, сказала я, — и шляпная картонка.
Не дослушав, носильщик схватил мои вещи и резво зашагал к разделительному барьеру. Я поспешила за ним. Величественный кондуктор забрал у меня билет, и мы с моим спутником вышли в главный вестибюль вокзала.
— Мисс, вас встречают? Может, наймем кеб? — предложил носильщик, испытующе глядя на меня.
— Да, пожалуй, только…
Поздно!
— Следуйте за мной, мисс. Я отведу вас на стоянку.
Миссис Парри прислала мне подробное письмо, в котором выразила сожаление, что встретить меня некому. Зато она дала весьма точные рекомендации, касающиеся того, что можно и чего нельзя делать по прибытии в столицу. Я должна поручить свои пожитки только носильщику, который (следующие слова были подчеркнуты жирной линией) должен быть служащим железнодорожной компании и никем иным. Если я доверю вещи постороннему, то, вероятнее всего, больше их не увижу. Я порадовалась, что выполнила хотя бы одно указание будущей хозяйки.
Второе ее указание — нанять кеб, выбрав лошадь в хорошем состоянии, и заранее договориться с извозчиком о цене. Кроме того, необходимо потребовать, чтобы он вез меня наикратчайшей дорогой. По словам миссис Парри, кебмены иногда ведут себя дерзко и нахально с одинокими дамами; мне ни под каким видом не следует поощрять вольности.
Откуда ни возьмись передо мной появилась стайка оборванных детишек; они стали клянчить милостыню.
— А ну, убирайтесь! — неожиданно свирепо прикрикнул на них мой носильщик. Когда маленькие оборванцы разбежались, свистя и ухмыляясь, мой провожатый обернулся ко мне и предупредил: — Вы с ними поосторожнее! Никогда не доставайте при них кошелек.
— Д-да… конечно, — еле слышно согласилась я. Пусть глядя на меня каждый поймет, что перед ним провинциалка, я себя дурочкой не считала. В моих родных краях тоже водились мелкие воришки.
Пахло дымом, угольной пылью, смазкой, немытым телом и лошадьми. Мы добрались до стоянки, где пассажиров ожидали наемные экипажи, в основном тяжелые, четырехколесные, очень вместительные. Проезжая по мостовой, они производили страшный грохот.
— Такие больше подходят для дамы, которая путешествует одна, — доверительно сообщил мне носильщик. — Двухколесный кабриолет лучше не берите… Куда вам, мисс? — И, не дожидаясь моего ответа, окликнул кого-то: — Иди сюда, Уолли, да побыстрее! Не видишь, что ли, даме нужен кеб!
Извозчик, к которому он обратился, стоял, прислонясь к заду своей лошади, и вдумчиво ел пирог. Закинув в рот последние крошки, он повернулся к нам, и я вздрогнула. Судя по всему, приземистый, мускулистый кебмен однажды столкнулся с чем-то очень тяжелым: нос и уши расплющены, на лице множество шрамов… Сама бы я ни за что не отважилась обратиться к такому субъекту.
