Это был не ее мир. Но могла ли она превратить его в свой? Не могла.
Могла ли?
– Я никогда не встречал кого-то, похожего на вас, – настаивал Алек, пожав ее руку, чтобы привлечь ее внимание. – Я никогда не чувствовал то, что чувствую по отношению к вам. Это, как мне кажется, мисс Донован, то, что поэты называют любовью.
На долю секунды ей показалось, что мир остановился. Затем Кендра глубоко вдохнула и наконец сказала:
– Это безумие.
– Я полагаю, любовь всегда является чем-то вроде сумасшествия. – Он загадочно улыбнулся и притянул ее ближе. – Я понял это, когда думал, что вы умерли. Я думал, что потерял вас. Я не хочу потерять вас в этой дурацкой воронке. Я хочу жениться на вас.
– Это невозможно. Мне здесь не место, и даже если бы я осталась, я не могу выйти за вас замуж. Вы маркиз. Я… – Она озадаченно повела плечами. – Здесь я даже не знаю, кто я. Я не смогу работать.
– Дайте мне время, Кендра. Это все, чего я прошу.
Она прикусила губу, когда страх или что-то еще возник внутри ее.
– У меня всего четыре дня.
– Четыре дня. – Он прижал свои губы к внутренней части ее запястья – туда, где бешено колотился ее пульс. – Это 96 часов. – Он продолжал двигаться дальше к чувствительной точке на сгибе ее руки. – Или 5 760 минут. – Он уткнулся носом в ее шею. – Или 345 600 секунд. – Он поцеловал ее в губы. – У меня достаточно времени, чтобы убедить вас остаться.
Он поцеловал ее снова, и на этот раз он не спешил. Когда он наконец поднял лицо, Кендра почти не дышала.
– Вы так собираетесь меня уговорить?
В его зеленых глазах блестели искорки смеха.
– А это работает?
Кендра улыбнулась.
– Что ж, так проводить время весьма приятно.
– Отлично. – Он наклонил голову, заглянув ей прямо в глаза. – Потому что я не собираюсь тратить впустую ни секунды.
Мужчины уже ждали его в комнате для переговоров. Филип Лидз пытался тщательно спрятать свою усталость и беспокойство от их проницательных взглядов, когда ставил свой чемодан на длинный стол. Темное дерево стола так блестело, что было практически как зеркало, отражая мрачные лица остальных трех мужчин, а также его собственное.
– Прошу прощения за задержку…
– Вам нужно просить прощение за своего чертова агента!
Это вспышка гнева последовала от Брэдли Томпсона, второго заместителя директора ЦРУ. Его кожаное кресло заскрипело, когда он наклонился вперед, агрессивно выставив подбородок.
– Вы знаете, во что ваш агент нам обошелся?
– Вы бы даже не вышли на Грина без агента Донован, – напомнил ему Питер Карсон, заместитель директора нью-йоркского офиса ФБР.
Лидзу было известно о вражде между ними. Он подозревал, что Карсон не столько защищал Кендру, сколько дразнил Томпсона.
Томпсон гневно уставился на Карсона.
– Что ж,
– Хватит! – этот приказ поступил от Дина Купера, заместителя руководителя национальной разведки. Физически он был наименее внушительным мужчиной в комнате, его жилистое тело едва ли достигало 170 сантиметров в высоту. Но он тем не менее обладал самой большой властью. – Мы здесь не для того, чтобы переводить стрелки. По сути, нас здесь сейчас вообще нет. – Он слабо улыбнулся, но эта улыбка не тронула его глаза, смотревшие из-за очков в толстой роговой оправе.
Купер наклонил голову в сторону Лидза.
– Заместитель директора Лидз, мы готовы выслушать ваш доклад.
– Нам известно имя ответственного за это, – сказал Томпсон. – Координатор продакшна миссис Питерс опознала на фотографии Кендру Донован…
– Я не буду повторять дважды. – Купер прервал Томпсона, при этом не повышая голос. – Я попросил заместителя директора Лидза предоставить нам доклад.
Томпсон покраснел от этого выговора. Сжав губы, он сложил руки на груди и с вызовом взглянул на Лидза, всем своим видом показывая, что готов бросить вызов главе ФБР.
Не обращая внимания на него, Лидз с щелчком открыл свой чемодан. Он не спеша надел свои очки для чтения, затем открыл манильскую папку.
– Спецагент Кендра Донован повела нас по ложному следу в Мексику, а сама тем временем вылетела из аэропорта Нью-Йорка под вымышленным именем. Она приземлилась в Хитроу, взяла в аренду машину и поехала в замок Элдридж. Там агент Донован внедрилась в «Старк Продакшнз», выдав себя за актрису. Несколько участвовавших в мероприятии актеров опознали ее как Кэсси Браун.
– Нам известно, замешан ли в этом кто-то из них? – спросил Купер.
– Мы навели справки. Я придерживаюсь мнения о том, что агент Донован действовала в одиночку. В своей личной жизни Донован тоже одиночка. Она отдалилась от своих родителей. Была дружелюбна по отношению к своим коллегам в Бюро, но близких связей у нее не было. Она посвящала себя работе, поэтому, мне кажется, она была так потрясена, когда потеряла нескольких членов своей команды во время операции по задержанию Балакирева: операции, в которой она сама чуть было не погибла, это важно отметить. Думаю, это нанесло урон ее психике.
