— Кроме того, когда-нибудь нам придется исполнить твои фантазии.
Кровь снова прилила к моим щекам.
— Что именно я сказала? И это Эдгар виноват, что дал мне выпить. Эта Волшебная Вода.
— Джентльмен никогда не разглашает таких вещей. — Он подмигнул.
— Ну ладно, — сказал Эдгар. — Я все еще здесь! Давайте покончим с этим.
Я пошла за ними в холл, мое смущение следовало за мной. Эдгар остановился у чего-то похожего на чулан для метел и открыл дверь.
— Джиа, ты пойдешь через черный ход. Он ведет вниз, в переулок. Держи голову закрытой, а лицо опущенным. Калина будет здесь, если она тебе понадобится.
— Хорошо, — сказала я, кивая. — Удачи.
Прежде чем я вошла внутрь, Бастьен поймал мою за руку и поцеловал в висок.
— Будь сильной, Джианна. — Я впервые увидела страх в его поразительных голубых глазах. Мы прошли через более страшные вещи, чем это, и он никогда не вздрагивал. Неприятное чувство поселилось в моем животе.
— Мы справимся, — сказала я, выдерживая его взгляд.
Бастьен бросился вниз по лестнице вслед за Эдгаром. Когда я смотрела, как он исчезает за углом, мой разум кричал, что я не должна отпускать его, я поняла, что он уходит, не зная о моих чувствах.
Я позвала его, но не услышала звука шагов, поднимающихся по лестнице.
Он исчез.
Глава 17
Переулок перед гостиницей был узким. Булыжники мостовой потрескались и разбились. Белый кот, обнюхивающий перевернутую мусорную корзину, зашипел на меня, когда я проходила мимо по дороге. Позади раздался шум, и я оглянулась. Кот шел за мной по пятам.
— Иди домой, — сказала я ему и продолжила путь.
Мантелло был полон людей, бегущих по улицам. Повозки, толкаемые мужчинами и женщинами или запряженные лошадьми и козами, подпрыгивали на неровных камнях дороги. Это было похоже на путешествие назад во времени.
В мире Мистиков не было никаких транспортных средств. Совет Чародеев проголосовал за их запрет. Они не хотели, чтобы воздух был загрязнен, как в человеческом мире. Но деревни были маленькими, и идти пешком было более разумно.
Маленькая Тосканская деревушка была прекрасна со всеми своими разноцветными оштукатуренными зданиями, мощеными дорогами и цветочными горшками, наполненными прекрасными цветами. Я опустила голову, закрыв лицо капюшоном, прошла три квартала вверх, потом четыре направо и остановилась перед книжным магазином. Табличка над дверью гласила: «Либрерия». Я уже бывала здесь, когда Бастьен привез нас с Ником в Мантелло на суд Тода. Стараясь выглядеть как можно более беззаботной, я украдкой взглянула на скамейку.
Женщина, одетая в черное, с серебряными прядями в черных волосах, взмахнула рукой.
Я оглянулась, потом снова посмотрела на нее, указывая на свою грудь.
— Я? — прошептала я одними губами.
Она кивнула. Женщина была красива и напоминала Софи Лорен, актрису из старых фильмов, которые любила смотреть Нана.
Ладно. Должно быть, это она.
— Привет, — сказала я, подходя к ней. — Вы Мардиана Акарди?
— Так и есть. А теперь я покажу булочную. — Она так и сделала. — Входи. Купи себе пирожное и кофе. Потом садись на скамейку рядом со мной. И веди себя так, будто не разговариваешь со мной.
— Ладно.
— И сними капюшон, — сказала она. — В нем ты выглядишь более подозрительно. Надевай его только в дождь.
Я скинула капюшон и направилась в пекарню. Запахи внутри были восхитительны, и я хотела купить все, что находится за витриной. Я выбрала глазированное печенье и кофе с маслом по предложению женщины, которая меня обслуживала.
Небо потемнело, когда я пересекла улицу и села на скамейку рядом с Мардианой.
— Полагаю, тебе сказали, что я прихожу сюда каждое утро.
— Да, — ответила я, сделала глоток кофе и сморщила нос. Он был неплох, но я скучала по сладости моего латте с карамелью.
Белый кот из переулка сидел перед Мардианой.
— Ты молодец, Ангел Китти. Иди, отдохни. — Она похлопала себя по коленям. Кот подпрыгнул и свернулся калачиком на ее черной юбке.
— Вы заставили ее следить за мной? — спросила я.
Ее теплые карие глаза были устремлены на книжный магазин.
— Естественно, она мой фамильяр. Мои духовные друзья сказали мне, что ты придешь.
— Так ты ведьма? — Я откусила кусочек печенья. Сладость растаяла у меня на языке и восполнилась мягким кофе.
Она погладила Ангела Китти, что было таким глупым именем для кошки.
— Ее назвала моя внучка. Она гордилась тем, что удостоилась такой чести.
— Значит, ты — интуит?
Тонкогубая улыбка тронула уголки ее рта.
— Вообще-то я — чародейка. У нас есть фамильяры, как и у ведьм. Асила тоже говорит со мной. Я уже много лет знала, что ты придешь искать меня, еще до того, как ты родилась. Я — кузина Джана. Старейшая из ныне живущих наследников первого волшебника, Галанте.
Кузина Джана. Знает ли она, что он мертв?
— Знаю, — сказала она. — Он отдал свою жизнь за тебя. За то, что ты значишь для обоих миров. И ты задаешься вопросом, заботился ли он о том, что ты его правнучка. Я могу заверить тебя, что он был очень горд и преисполнен большой любви к тебе. Чародеев его поколения учили никогда не показывать своих эмоций. Но знай, что я говорю правду.
