Прежде чем уйти, засунула кожаный футляр с двумя пузырьками и инструкциями Джана в ботинок, так как в одежде, которую я носила, не было карманов. Быстрыми шагами пробралась между палатками и поднялась на холм.
Лея, Яран и Демос встретили меня, когда я подошла к тропинке.
— А где Бастьен? — спросил Демос.
— Прямо здесь, — сказал Бастьен, подходя к нам.
Мы последовали за ним по узким тропинкам, вьющимся вокруг хижин и оштукатуренных зданий различных размеров. Сквозь пролом в цветущей изгороди я разглядела маленькую женщину из племени Талпар. Выводок из семи маленьких щенков бегал вокруг ее ног. Кротоподобные щупальца, окружавшие ее нос, лихорадочно двигались, словно пальцы, хватающие воздух. Ее глаза следили за нами, когда мы проходили мимо, на лице застыло испуганное выражение.
Красный возвышался над группой своих людей. Рядом с ним я узнала Эдгара. Он был шпионом Совета. В последний раз, когда я его видела, он был личным телохранителем дяди Филипа. Его светлые, жесткие волосы исчезли, и теперь он носил короткую стрижку, которая делала его волосы более темными. На его лице застыло обычное выражение обреченности. Он похудел, но все еще был изранен. Хотя ему было, вероятно, около двадцати, его лицо выглядело старым и грубым со множеством порезов и синяков, портивших кожу.
— Совет заблокировал вход в Бармильду, — сказал Эдгар, когда мы присоединились к ним. — Они не слишком довольны тобой, Красный. Неразумно красть импорт Асила из человеческого мира.
Красный зарычал.
— Они не оставили нам другого выбора. Мы должны кормить своих.
— Их ограничения будут только усиливаться. — Эдгар перевел взгляд на меня. — Джиа, я рад видеть тебя живой и здоровой. Но ты должна знать, что за твою голову назначена цена. Ты не в безопасности в ковенах или убежищах. Почему ты здесь? Человеческий мир — лучший способ спрятаться.
— Она под моей защитой, — сказал Красный, не давая мне возможности ответить. — Если кто-нибудь из Бармильды попытается причинить ей вред или забрать ее отсюда, я снесу им голову. — Он обвел взглядом собравшихся.
— Растение, которое я нашел здесь, в деревне, предупредило меня о прибытии Джии в Бармильду. — Эдгар оглядел толпу. — Здесь могут быть и другие шпионы, но ты их не знаешь.
Мои глаза проследили за его взглядом.
— Может, поговорим где-нибудь наедине?
— Я с Джией, — сказал Бастьен. — Мы должны отнести это в другое место.
Красный кивнул в знак согласия, прежде чем обратиться к толпе.
— Чем ближе мы подойдем к войне с убежищами, тем труднее будет ее вести. У нас много припасов, спасибо Бастьену Ренару. Мы должны быть в порядке в течение нескольких месяцев, хотя находимся в состоянии повышенной готовности. Вы все знаете, что это значит — приготовиться к нападению. Если вы услышите еще один сигнал тревоги, отведите своих детей и слабых в подземные убежища.
— Я поставлю охрану над входом, — сказал Бастьен. — Он должен задержать их или, по крайней мере, задержать атаку.
— Я был бы вам очень признателен. — Красный понизил голос, его взгляд обратился к Бастьену. — Приходи к общему костру в лагере после того, как поставишь палату. Джиа и Стражи из Асила, следуйте за мной. Эдгар, ты можешь присоединиться к нам.
Мы последовали за Красным к яме для костра, окруженной большими валунами.
— Садись, — сказал он.
— Почему ты не с Филипом? — спросила я Эдгара, который сел на камень рядом со мной.
Он почесал затылок.
— Разве ты не смотрела Мистик-бокс?
Я скрестила руки на груди.
— Я не знаю, что это такое.
— Это как твой человеческий телевизор. — Лея устроилась поудобнее на наклонном валуне. — Только наш голографический.
Демос плюхнулся рядом с Яраном.
— Вообще-то я предпочитаю человеческий.
Подошел Бастьен и сел на незанятый валун рядом со мной. Он положил руку мне на колено, и я прижалась к нему. Эта светская беседа действовала мне на нервы.
— Ладно, так что насчет Мистик-бокса? — спросила я.
Эдгар убрал руку с головы.
— Филип арестован и содержится на виселице под Ватиканом. Это было во всех новостях.
— Что? — как будто волна сбила меня с ног, а подводное течение утащило в глубокую воду. Я не могла дышать. — Зачем им арестовывать Верховного Чародея?
— Это неслыханно, — добавил Бастьен.
Лицо Эдгара ничего не выражало. Он хорошо умел скрывать эмоции, чему, вероятно, научился во время шпионской подготовки или чего-то в этом роде.
— Его обвинили в том, что он помогал тебе и прятал в Ирландии. Они раскрыли его. Все, что когда-то было спрятано в его сознании, теперь открыто.
— Нападение на наше убежище было делом рук Совета? — Гнев вспыхнул в словах Леи, и пламя вспыхнуло в ее глазах.
— Боюсь, что так, — ответил Эдгар.
Демос вскочил на ноги.
— Они предали нас.
Яран вскочил и обнял Демоса за плечи.
— Успокойся. Мы должны все хорошенько обдумать.
— Зачем им это понадобилось? — спросил Красный.
Эдгар опустил голову.
— Когда Филип исчезнет с дороги, останется только один Верховный Чародей с чистым сердцем. Он заболел мистической болезнью, и его жена, Акуа, присматривает за Вейлиг-Хевеном вместо него.
О, Боже мой. Конечно. Он был здесь все это время.
