- Дети, я загружен вашим обучением. Это был не мой выбор, проводить свои дни подобным образом. Но это моя обязанность и я буду ее выполнять. Я рекомендовал вашим семьям поступить мудро, чтобы они отправили вас учиться сюда. Я знаю, что многие из вас хотели бы быть сейчас в другом месте. Вчера Тэффи мне ясно дал понять, что расценивает наши уроки как пустую трату времени. Сегодня он симулирует болезнь, чтобы не приходить. Что ж, я не стану терпеть такое притворство.
Несколько детей озадаченно переглянулись при незнакомом слове, а Персиваранс, не отрывая взгляда от букв, тихо сказал:
- Тэффи не притворяется. - Все ли услышали удовлетворение в его голосе или мне просто показалось?
Наш учитель заговорил. И голос его звучал осуждающе.
- Ваши кулаки имеют какое-либо отношение к его плохому самочувствию?
Персиваранс поднял взгляд и посмотрел на учителя. Я знала, что он всего лишь на несколько лет старше меня, но он выглядел взрослым, когда произнес:
- Сэр, мои кулаки ничего не делали, пока его рот не начал говорить неподобающих вещей о моей сестре. Тогда я сделал то, что сделал бы любой человек, когда оскорбляют его семью.
Он продолжал смотреть на Фитц-Виджеланта. Его брови были напряжены, а взгляд открытый. Он не видел в своем поступке никакой вины, только справедливость.
В комнате повисла тишина. Я испытывала смешанные чувства. Я даже не знала, что у него была сестра. Ее с нами не было, поэтому я решила, что она была либо еще слишком мала, либо уже взрослой. Или, возможно, их родители посчитали, что девочке не нужно учиться писать и читать. Некоторые придерживались такого мнения, даже в Бакке.
Никто не стал отводить взгляд, но учитель заговорил первым:
- Давайте продолжим наш урок.
Персиваранс опустил взгляд на табличку и стал разглядывать написанные им буквы.
Я шепотом произнесла предложение, которое услышала во сне о молодом быке: «Рога еще не выросли, а он качает головой, предупреждая, но никто не принимает это во внимание».
Глава двадцать седьмая. Снова и снова
