Убийца среди нас полностью

Григорий и Надя переглянулись: встреча в субботу срывалась.

Уже на улице Григорий подумал: а кто, интересно, сказал Рюмину, что он на больничном? Ирина? Но почему она все докладывает? Почему не прижмет язык? Дойдя до машины, остановился.

Надя беременна, скоро это будет заметно. Родится ребенок, не чей-то, а его. Как вести себя? Сколько можно будет обманывать Ирину, если она сама собирается докопаться, от кого Надя забеременела? Одна проблема хлеще другой…

Красавин не ожидал приезда Парамошкина. Они с напарником ремонтировали старую "шестерку". Тут же на подхвате кружился владелец машины, худощавый, черноволосый парень в морфлотской форме. Он что-то подносил, подавал, поддерживал, в общем, помогал. В боксе тепло и светло. Парамошкин не мог не заметить, что на площадке перед боксом стояли, ожидая очереди, еще несколько машин.

Красавин легко выпрыгнул из ямы и, вытирая тряпкой ладони, подошел к Парамошкину. Приходу своего учителя он рад. Обнялись.

— Как хорошо, что надумали заехать, — сказал, улыбаясь, Петр. Повернувшись к машине, представил напарника и клиента в тельняшке. Им оказался начинающий предприниматель, некто Ресин.

— Откуда так подробно знаешь о клиенте? — спросил Парамошкин.

— А он уже не впервой приезжает.

Отошли поговорить к верстаку.

— Вижу, неплохо освоился, — сказал Парамошкин, оглядывая бокс. Ему понравились порядок и чистота. — А очередь — это здорово! — похвалил Григорий Красавина.

— Обижаться не на что. Водители подмечают, где поменьше берут да получше делают. Работать можно. Бокс теплый, просторный, для зимы — лучше и не надо.

— Беретесь за все подряд или специализируетесь?

— Почти за все. Как когда-то с вами, помните?

— Еще бы, такое не забывается. Есть планы?

— О-о, планы есть, и немалые! — воскликнул Красавин и рассмеялся. — Тут недалеко присмотрел еще один бокс. Думаю, через пару месяцев осилю взять в аренду. Вот где займемся специализацией: сваркой, покраской, "костоправством".

— Молодец да и только, — одобрил Парамошкин.

— Скоро должок начну возвращать.

— Не спеши, управишься. Лучше собирай на машину. Как сядешь на свои колеса да купишь еще пару боксов, тогда и рассчитаешься. А может, еще деньжат подбросить?

— Нет-нет, спасибо. Вы мне и так крепко помогли. Без вас ничего б не вышло.

— Пустяки, тебе — и не помочь? Главное, чтоб польза была. А она есть. Честно скажу — мне у тебя понравилось.

— У вас какой-то вопрос? — спросил Красавин.

— Пока никаких вопросов. Просто заехал посмотреть, как идут дела, — бросив взгляд в сторону машины, спросил: — Так говоришь, хозяин — предприниматель?

— Да-а, мужик интересный. Его "хобби" — окна и двери. Специалист классный, сам видел. Хотите познакомлю?

— Можно и познакомиться, только не сейчас. Спешу. Возьми на всякий случай у него телефончик. Сам позвоню.

К Парамошкину подошел Ресин.

— Значит, решаем проблему окон и дверей? — спросил Григорий. — И получается?

— Да вроде получается. Было бы побольше деньжат да поменьше налогов, такое дело можно развернуть, — сказал Ресин мечтательно: — Но ведь давят, на корню давят, развернуться не дают!

— Болячка общая, — согласился Парамошкин. — Чиновничий беспредел, грабят белым днем, а главное — никакого просвета.

— Григорий Иванович — мой шеф-наставник, — пояснил Красавин. — Весной собирается коттедж строить. Так, Григорий Иванович?

— Да, если ничего не помешает. В общем, ждите звонка. Если стандарт столярки устроит — будет заказ, а для вас — поддержка.

Парамошкин спешил на встречу с Науменко и вскоре уехал, пообещав Красавину заглядывать.

Науменко в этот раз пожелал встретиться на набережной. Ему хотелось посмотреть, как живет Парамошкин. Григорий предлагал где-нибудь в другом месте: ну что смотреть у бабки Фроси? — бесполезно. У тебя, и все. Заезжать в офис у Григория времени не было; хотелось побыстрей узнать, чем же закончился разговор друга-адвоката с Соломкиным. К Красавину можно было и не заезжать, но что сделано, то сделано. С ним надо держать связь и во всем ему помогать. Петр предан и может пригодиться…

А Ресин чем-то напоминает Рюмина. Во всяком случае, тоже знает, чего хочет от жизни. Такие, как он, добиваются своего. Надо обязательно выбрать время и посмотреть его хозяйство, пригодится.

Но как же быть с Надей и Ириной? С кем строить свою жизнь? Рано или поздно придется определяться. Если Надя родит ребенка, то работать в фирме какое-то время не будет, и кто ее заменит? Его больше тянет к Наде. Никогда не думал, что ждать своего ребенка так радостно и так тревожно. С Ириной, скорее всего, неминуем разрыв, а это в любом случае скандал. Хотя возможен и мирный расход… Да он сам не знает, половинчатость какая-то во всех его поступках, нет твердости, какой, к примеру, обладает Рюмин. Мысли скачут одна за другой, повторяются, остаются без ответа…