Убийца среди нас полностью

"Клиент", однако, задерживался. Что-то не сработало? Но если так, то известил бы Васька или Санек, а их нет. Значит, обычная неувязка, вот-вот подкатит. Идиотски медленно тянется время, просто терпение лопается. Хорошо, что в переулке ни одного фонаря и никто не видит его в этой трущобе, разве что заметен огонек сигареты. Нервничает, вот и смолит одну за другой. Где же "клиент"?.. Повернувшись к стене, Федор со злостью раздавил об нее окурок, вон их уже сколько раздавлено… И тут же вздрогнул от бокового прострела фар.

Машина! Наконец-то, "клиент"!.. Да, это его "семерка". В переулке нет и ста метров, и машина уже остановилась напротив гаража. При свете фар видно, что "клиент" вышел один и пошел открывать боковую дверь. Что же он стоит? Чего ждет? Спотыкаясь о битый кирпич, куски стекла и пустые банки, Федор бросился к выходу. Думал только об одном — не опоздать бы, успеть. Пока все складывается удачно.

А придавить — придавит так, что тот не пикнет. Нащупал в кармане нож, шнур и мешок. Кастет брать не стал, кулак что кувалда. Лишь бы не подвели дурацкие случайности. Оглянулся: людей никого, чисто.

Когда подошел к гаражу, "очкарик" успел уже и ворота открыть, и машину загнать. Федор юркнул в приоткрытую дверь: "клиент" стоял к нему спиной и мыл над умывальником руки. Это хорошо, теперь только бы не спугнуть. И чуть в холодный пот не бросило, когда услышал:

— Чего надо?

Поначалу Федор даже не сообразил, кому этот вопрос. Если к нему, то как он его увидел? Ведь задом стоит! Ничего другого не придумав, спосил, что первое пришло в голову:

— Откуда увидел?

— А вон зеркало, — махнул "очкарик" мокрой рукой на квадрат зеркала, вделанный в угол стены. И тут же удивленно воскликнул: — Вы-ы!..

Видно, все-таки заприметил, когда Федор у палатки крутился с метелкой и ящиком для мусора. Ну, а как иначе — иногда даже кивали друг другу.

— Я, я, — мрачно подтвердил Федор, приближаясь к "клиенту".

— Что вам надо, выйдите из гаража! — закричал он, но было поздно. Федор обхватил его за шею и стал давить, повторяя:

— Не надо было смотреть, не надо…

И чем больше "клиент" трепыхался, тем жестче давил и злее приговаривал старший Кошкин:

— Не надо было смотреть, не надо…

Забрав ключи и деньги, бросил обмякшее тело в угол гаража. Потом быстро закрыл ворота и начал осматривать содержимое полок. В ящиках были куртки и дубленки. Загрузив машину, вывел ее из гаража и снова закрыл ворота. Больше возвращаться сюда смысла не было. Машину потом продаст или разберет на запчасти.

…А чуть позже братья Кошкины "чистили" квартиру. Пожива немалая — спешили: хватали самое ценное, что можно было увезти на двух машинах: телевизор, музыкальный центр, видики, хрусталь, дорогую одежду. Санек прихватил видеокамеру. В мебельной стенке нашли изделия из золота и пачку долларов.

Сматывались в недавно купленный частный дом. Он не новый, но довольно крепкий. Главное, что расположен на окраине города, почти рядом с лесопосадкой и огорожен высоким дощатым забором. Лишь бы удалось проскочить мимо гаишников…

И в этот раз Кошкиным опять повезло.

Федор Кошкин, как и обещал, привез Коляну "красный товар": для пахана — золотую цепочку, для его жены — серьги, тоже золотые и с бриллиантами. С последнего "улова" из квартиры "очкарика".

Серьги Колян взял сразу, а вот цепочка показалась ему жидковата. Слышал, что Ястреб любит штучки массивные, такие, чтоб впечатляли. Крутил, вертел, морщился. Неожиданный каприз Коляна взвинтил Федора.

— Бери. Сойдет! — сказал с обидой. "Ему, засранцу, принес, — думал про себя, — а он еще нос воротит. Да если б не опекал тебя пахан, так вмазал бы по башке, но ведь Витек Кондратьев потом сожрет с потрохами… Тоже хозяин нашелся! Приучает молодняк к почитанию воровских порядков и собачьей преданности".

— Не-ет, не пойдет, — сказал Колян и протянул цепочку обратно.

— Чего-чего?! — сморщился Федор.

— Не пойдет, говорю.

— Это объясни, почему?

— Надо… — Колян сжал ладонь в кулак и потряс им перед Федором. — Надо покруче. Я ж говорил.

— Ах, покруче?! — Федор руку Коляна с цепочкой зло оттолкнул и недовольно засопел. Внутри все кипело. "Сопляк! Котенок! Шибздик!.. Было время, не рыпался, а теперь голос подает. Да кто ты такой? Подумаешь, пахан пригрел!.."

Но и Колян завелся. Сколько раз там, на зоне, мечтал врезать старшим Кошкиным в лоб, в глаза, напрямую, чтобы дошло до их мозгов, как подло его подставили! За них, не за кого-то, срок отбухал, а они жмутся, скупердяйничают, благодетели! "Ты нам как брат". Хватит, поиздевались! Да, было время, за кормежку в форточку лез. Было, да сплыло. Ох, выплеснуть бы все, что накопилось, в эту мордастую мрачную харю! Но нет, обойдемся без психа. Что значит покруче? Вот она, на его толстенной шее болтается. Не цепочка — цепь! Пусть ее и снимет…

Успокоившись, сказал все это без напряга. Ему-то чего бояться? Это Кошкины пусть боятся. Им есть из-за чего трястись. Он-то, Колян, догадывается, но закладывать Ястребу не собирается. Пока, а там видно будет.