Прокуратор откинул верхнюю крышку, обнажая внутренний механизм. Подкрутил завод и настроил маховики на нужную частоту. После чего закрыл, положил сверху каменный диск и насыпал на него красного песка. Именно этот цвет оказывает влияние на ритмы тела человека. Аккуратно поместив темпораль в центре диска, маг активировал устройство импульсом. Бегунок начал вращение, на песке стала вырисовываться паутина узоров. Маятники летали вокруг по сложным траекториям в миллиметре друг от друга.
Командант неотрывно следил за появляющимися линиями, а Релдон монотонно гудел в темпораль-гармонику, стирая ему память. Воздействие было поверхностным, пока память не успела закрепиться.
Прокуратор часто перестраховывался и пользовался этим приемом, чтобы удостовериться, что даже преданные ему люди не смогут никому поведать о чем-то, не предназначенном для чужих ушей. Тем самым они сами будут в относительной безопасности. Скрючившись на полу, Комар закрыл руками уши и смежил с силой веки. Как только Релдон завершил ритуал, он знаком отпустил Команданта. Тот покорно вышел нетвердой походкой, еще не придя в себя от воздействия.
— А теперь, Мигг, я тебя внимательно слушаю.
— Леонис передал меч с перчатками герцогу Тонгилу, и комплект теперь в Риу. Я хотел их забрать. Не себе, ты же понимаешь. У меня были четкие распоряжения от Главного Прокуратора на подобный случай. Но я рискнул, хотя должен был немедленно сообщить о местонахождении комплекта Сциору, чтобы он вернулся и забрал его лично. Только я попал в плен к северянам.
— Так вот где ты все это время пропадал, — рассмеялся Релдон. — Продолжай.
— Ты должен был догадаться, что Сциор жаждет получить меч и свергнуть Дейона. Поэтому он постоянно торчит в этом проклятом Вертисе. Ему надоело играть вторую роль в Империи. Он ведь давно мечтает возглавить ее. А тебе и Свену уготована печальная участь. Но без меча ему не одолеть.
— Про Суга и так все известно. Меня больше интересуют вертийцы. В перчатках уже закончилась магия?
— Нет. С ними сильный маг. Не ниже магистерского уровня. Он запросто играл моими воспоминаниями, легко раскрутив и раскрыв, хотя я отчаянно сопротивлялся.
— Как он выглядел.
— Ну, белобрысый вертиец. Высокий и худой. Постоянно смеется. На лице — шрам, — на миг Комар замолчал и слегка нахмурился, что-то вытаскивая из недр памяти. — С ним механик-толстячок. Из подручных средств эти двое собирали действенные темпорали почти без потери вибрации. Маг обездвижил и спеленал меня, как младенца, конструкцией из простых перекрестных резонаторов и карманного маятника. Я даже пискнуть не успел.
— Роктав? — удивился Релдон. — Только его мне не хватало. Это очень…очень плохая новость. Магистров в Вертисе всего трое, включая Короля. Значит, Леонис не только отдал меч, но и послал своего сильнейшего мага на помощь дочери. Серьезный противник, у тебя не было шансов.
Простая констатация факта. Кассель всегда чувствовал обиду, когда ему напоминали его о недостаточном уровне магической силы, чтобы действительно являться Магистром, а не только считаться таковым. В Сентории было только с десяток магов такого высокого уровня. И трое из них — из числа прокураторов. Все прекрасно знали, что Комар и Фазан находились не на своих местах.
— И что скандально известный Стерх намерен вытворять на Ритуале Призыва?
— Я не знаю, — обреченно вздохнул горбун. — Но они долго готовились.
— Думай. Напряги свою дырявую память, — злость все же прорвалась наружу, превратив голос в шипение.
Кассель старался. Он вспоминал все детали, какие мог, перескакивая, когда что-то ускользало, и сбивчиво продолжая рассказ каждый раз, когда снова всплывали обрывки произошедшего.
Релдон выслушал, не перебивая. С сознанием Комара знатно поработали. Безусловно, это сделал сам Роктав, наставив на горбуна немыслимое количество крючков и блоков.
И где же Мара, когда она так нужна?! Только ей под силу очистить эту мразь так, чтобы не задеть никакой важной струны сознания и не стереть его.
— Вставай.
— Релдон, мы же договорились! Пожалуйста! Я покажу, где меня держали, но тебе понадобится много людей.
— Мигг, прекрати ныть. Мне нужно проверить крючки, а потом ты лично меня туда сопроводишь.
Дрожащий коротышка потянулся к Полозу. Он с отвращением отстранился и открыл дверь в соседнее помещение.
— Ты впереди. И не смей ни к чему прикасаться.
За дверью была отлично оснащенная магическая лаборатория, в которой царил идеальный порядок.
— Ничего себе, Релдон, — Комар присвистнул, оценив оборудование. — У меня даже во дворце нет таких игрушек!
— Заходи в круг.
На полу была фигура, расчерченная множеством красных линий, пересекающихся в центре. Она облегчала выведение всех телесных вибраций, благодаря чему их можно было увидеть. Если на Комаре есть крючки, то лишние узлы колебаний будут заметны.
Горбун полностью разделся, лег в круг и развел руки и ноги в стороны, параллельно четырем самым толстым линиям на полу. Физиономия у него была жутко недовольная.
