Сотни рисунков и сотни людей. Лисовин поднимал один за другим и рассматривал, поражаясь великолепному мастерству художника, улавливающего самую суть и передавая ее буквально несколькими штрихами. От такой красоты не хотелось отрываться, но на следующем листе он заметил пятна крови. Лисовин выпрямился, проследил глазами, куда ведет красная дорожка, и замер, когда взгляд достиг неподвижного тела.
Фазан сидел в кресле и смотрел перед собой невидящим взглядом. Его пытали. Из многочисленных свежих порезов еще сочилась кровь, пропитывая серебристую мантию.
Послышался шорох. И из-за угла выскочила фигура в черном. Лисовин ловко перехватил руку с кинжалом и вывернул так, чтобы он выпал.
— О, мессира! Это вы. Научились пользоваться дверями?
— Пусти! — выдохнула противница и со всей силы лягнула его, но Лисовин только сильней выкрутил руку в болевом приеме. Затем ударил ее свободной рукой по основанию шеи, чтобы она потеряла сознание, и устремился к выходу.
Караульные тихо переговаривались и переминались с ноги на ногу, отчаянно борясь со сном. Лисовин задержался у одной из множества монолитных гранитных колонн, которые неизвестно как притащили в самое сердце Линкора. Он вжимался в камень в ожидании подходящего момента, чтобы проскочить в противоположный конец зала незамеченным.
Тронный Зал поражал не столько обстановкой, сколько высоким потолком пещеры, в которой он находился и который не стали никак украшать или облагораживать, оставив каменную породу и природные сталактиты нетронутыми. Благодаря этому, любой звук усиливался здесь многократно. Лисовин поморщился, когда отовсюду послышались крики и лязг. В Тронный Зал начали прибывать люди. Маги и солдаты. Прорваться через такую толпу невозможно.
Лисовин обогнул колонну, пропуская очередную группу красных, и нырнул обратно в проход, из которого пришел. Сзади эхо разносило звуки торопливых шагов, а впереди — громких голосов. Он среагировал молниеносно, взмыв по гладкой стене к самому потолку, уцепившись кошкой за выступ и застыв в неудобной позе.
— Где Печать, сука?! — в бешенстве рычал полуодетый Сциор, волоча Раду за волосы.
— Сдохни, убийца! — хрипела она. — Ненавижу тебя, урод!
— Экселант Суг, вы ранены? — с тревогой вскричал кто-то.
На спине у Сциора красовался свежий порез. Рада обесцветила магические татуировки, и они больше не могли мгновенно остановить кровь, которая теперь струилась вниз и капала на пол.
— Царапина, — отмахнулся прокуратор.
Пока со всех сторон собирались люди, пытаясь разобраться, что происходит, Лисовин отметил, насколько недисциплинированно вели себя солдаты и маги. За несколько лет на Севере они стали слишком беспечны, слишком расслаблены и невнимательны. Красные болтали, некоторые в растерянности стояли без дела, пока другие хаотично бегали туда-сюда.
Прокуратор швырнул бывшую любимую наложницу в иммобилизирующий круг, и она сразу же обмякла, словно тело перестало ей подчиняться. Только взгляд оставался холодным и сосредоточенным. Вмонтированный в пол темпораль все еще исправно функционировал. Универсальные старинные устройства удобны тем, что они долговечны и надежны. Их не нужно регулировать и калибровать под индивидуальные особенности вибрации мага, так как многокомпонентная система самонастраивалась, исключая постоянные вмешательства в конструкцию.
— Где Нинон и Брон? Они мне нужны немедленно, — проговорил Сциор и принял из рук слуги шелковую мантию.
В сопровождении десятка красный в Тронный Зал вбежал Брон. Выглядел он не лучше прокуратора.
— Убийца Магов в Лионкоре! Мне едва удалось уйти, — воскликнул он, зажимая края глубокой раны.
Сциор выругался.
— Соберите всех магов и генералов в Тронном Зале. Ну, и не забудьте Императора. Мару найти и убить. Перемещайтесь только группами.
Красные организованно прочесывали дворец. В Тронный Зал стекались маги. Лисовин сдвинулся, немного ослабив распределение веса на руки, чтобы меньше уставали. Ждать пришлось долго. Руки уже дрожали от напряжения. Одна нога постоянно соскальзывала с крошечного уступа, за который он цеплялся фактически одним пальцем. Еще немного и Лисовин свалится на головы снующих внизу имперцев.
— Экселант Баз убит… — сообщил кто-то, и Бизон с размаху стукнул по подлокотнику трона, разбивая его вдребезги. От внезапного и резкого звука Лисовин вздрогнул и сорвался вниз, сильно оцарапав руку об острый край. Не обращая внимания на боль он со всех ног бросился бежать. Повезло, что все в это время пялились в другую сторону — на прокуратора. Он едва не столкнулся с несколькими группами солдат, пока не добрался до Черного Хода — лифтовой системы внутри горы, которой пользовались только для доставки припасов. Лисовин перепрыгнул из корзины на платформу с бочками пива. Одна из них стояла тут второй день, дожидаясь его. Сциор даже не подозревал, что творится в погребах Лионкора, которые еще до его появления были одним из звеньев контрабандной цепи.
