Да только лекарство оказалось как бы не горше болезни. Все время, пока Эльза с Фебом гонялись за неугомонной троицей на Галуну, Миру не оставляли дурные предчувствия. Она уговаривала себя, что это только самовнушение и ничего страшного там случиться не может. Рядовое задание, пусть и S-класса, но там аж два сильных мага, не говоря уже про Нацу с Греем. Люси в расчет не бралась - ее силы были весьма скромны по меркам гильдии. Затем ночное нападение на гильдию и заботы сбили привычный ритм, заставляя отвлечься от бесплодных переживаний - до прихода всей команды.
Даже тогда она лишь наградила своего очень близкого друга всего лишь улыбкой - слишком усталая была. Как же она потом корила себя за это. За свою черствость, невнимательность. За многое. Но это было потом - у постели Леви. Она с ужасом слушала про кровавые события на острове, что рассказывала ей Люси. Им столько всего пришлось пережить, а Фебу так и вовсе столкнуться со страшным убийцей, чьи сила и злодеяния лишь немногим уступают Величайшему Черному Магу Зерефу. А только вернувшись, он вновь бросился на спасение своих знакомых, противостоя такому чудовищу, как Железный Убийца Драконов Гажил. Как бы ни был силен молодой маг, но против столь неудобного соперника ему придется выложиться на полную, чтобы просто выжить. Если судить по тому, что слышала про Редфокса Мира, Нацу тому и в подметки не годился по свирепости и жестокости, а ведь Драгнил, если сильно разозлить, и Эльзу заставлял попотеть. Беспокойство грызло ее все сильнее. Вещи выпадали из рук, а порой просто лопались или ломались, когда нежные женские ручки превращались в прочные демонические, обзаводясь острыми коготками, что оставляли царапины на железе. Тогда она благодарила Макарова и прочих, что Эльфман ушел вместе с прочими ребятами на выручку Фебу. Порой ее истинная суть вырывалась самопроизвольно, нанося удары по мебели, круша ее напропалую от желания хоть так выплеснуть свою боль, что сжигала душу. А когда они вернулись - “…мне жаль, Мира… он мертв…” Она бросила все и умчалась в лес, где не будет видеть этих жалостливых и сочувствующих взглядов. Иначе бы сорвалась и наделала много глупостей. Она и так сорвалась - последние скрепы души были вынесены мощным темным потоком горя и ярости. Демоница Мираджейн вновь открыла себя миру, но, как и в момент ее ухода, это сопровождалось отнюдь не радостной причиной. Она уже не помнит, сколько времени крушила деревья, плакала и снова разрушала ландшафт. Лишь затемно очнулась непонятно где. Обстановка напоминала место драки Нацу, Грея и Эльзы одновременно, при этом если масштабы их разборок увеличить раз так в десять. С того времени в ней что-то почти потухло, тлея болезненным угольком. Нет, она вновь улыбалась всем под маской Миры, но глаза держала опущенными, чтобы другие не видели их выражения. Изменения заметили, наверное, только Эльза с Эльфманом, которые знали ее лучше всех из оставшихся. Она даже с какой-то отчаянной радостью встречала известие о приходе Фантом Лорда в Магнолию, уже догадываясь, чем для нее закончится это событие - пережить бой с Элементами и Матером Жозе она даже не мечтала.
Все бы так и сложилось, но уголек внезапно превратился в осколок солнца, что пронзил тьму ее души. Он вернулся. Его улыбка. Его ехидный тон. Его сила. Вначале она застыла от неверия и счастья, затем - от любования и гордости. Ее избранник вновь подтвердил свое право на ее сердце. Он одним махом уничтожил оружие Жозе, а затем построил таких склочных и безответственных дебоширов, как маги Хвоста Фей, заставляя их действовать как одно целое, выполняя команды и рекомендации против новой напасти. Такой подвиг и Мастеру Дреяру не всегда удавался, и то - под выпусканием своего магического давления, а Феб действовал на одних привычках и инстинктах. Она вновь засомневалась в своих выводах - такое умение руководить вполне сочетается с его высоким происхождением. Путешествующему авантюристу товарищество и взаимовыручка не знакомы. И она решилась. Она больше не будет скрывать свои чувства от него. Она покажет ему всю себя и пусть решает. Для демоницы в этом не было чего-то особенного, маска тихони-Миры была сброшена окончательно. Этот поцелуй… он дал ей еще больше пищи для размышлений. В тот момент, когда Феб удивился ее действиям, то раскрыл свои глаза. Она впервые заглянула в эту ясную синь и… увидела там что-то страшное и жуткое - злобу, ненависть, горе, холод и стремление. Много такого, чего никогда не должно было быть у молодого веселого мага ветра. Столького не было даже у того демона, что поглотил ее брат, почти потеряв себя и убив Лисанну. Им предстояло о многом поговорить, но сначала…
