Теперь он вспомнил, что подобное явление произошло час назад. Тогда звезда так же изменила цвет. На фиолетовый или голубой? И тогда ему так же стало жарко и шла кругом голова. Но тогда все произошло мгновенно, как вспышка. Воздух в трех футах перед ним вдруг сгустился, стал ярким как зеркало. И в этом зеркале появилось лицо, нет, не лицо, а его кожа, тонкая пленка, которую тотчас подхватил ветер.
Кэрмоди вздрогнул. Снова поднялся ветер, ему стало холодно. И вдруг он вскрикнул: в десяти фунтах, гонимый по улице ветром, катился свернутый клубком кусок кожи. Джон сделал шаг вперед, готовясь броситься за ним. Затем остановился, покачал головой, потер в замешательстве кончик длинного носа и усмехнулся.
— Они не зацепят Джона Кэрмоди, — громко сказал он. — Пусть эта шкура, или что это там такое, катится к тому, кому принадлежит.
Он сунул в зубы сигарету и оглянулся на Тэнди. Тот стоял посреди улицы, склонившись над девушкой. Она лежала на спине. Ноги и руки свело судорогой, остекленевшие глаза были широко раскрыты, изо рта толчками вытекала окрашенная кровью пена.
Кэрмоди подбежал, взглянул и сказал:
— Ага, конвульсии. Все хорошо, теперь надо разжать ей челюсти, чтобы она не откусила себе язык. Тебя учили медицине?
— Нет, — ответил Тэнди, стараясь, чтобы платок, всунутый в рот девушке, не придушил ее. — Но моя профессия требует знания правил оказания первой помощи. Бедняжка, ей нужно было уснуть еще вчера. Но я полагаю, что она не знала, что это так на нее подействует. А может знала и искала шанс излечиться.
— Что ты имеешь в виду?
Тэнди показал на светило:
— Когда оно меняет цвет, в магнитном поле мозга начинается целая буря. И вот тогда проявляется скрытая ранее тенденция к эпилепсии. Так происходит, если не лечь спать. Зачастую люди погибают, но тот, кто не погиб, излечится.
Кэрмоди с недоверием посмотрел на звезду:
— Вспышка на ней, в миллионах миль отсюда, может вызывать такие вещи?
Тэнди пожал плечами и встал. Девушка уже мирно спала.
— А почему нет? Мне говорили, что и на Земле ощущается влияние солнечных бурь. У вас, как и у нас, уже созданы карты климатических, психологических, деловых, политических и прочих циклов, которые определяются изменениями на поверхности Солнца. Их можно предсказать даже на столетие вперед. Чему же удивляться, у нас происходит то же, только с большей силой.
Джон даже растерялся, но затем быстро оправился:
— А как объяснить тогда физические проекции мысли?
— Мне бы хотелось это знать, — ответил Тэнди.
— Наши астрономы изучают это явление уже тысячи лет. И ваши ученые основали базу на одном из астероидов для изучения этого феномена. Но им пришлось ее покинуть в первый же цикл Сна. Это явление не поддается изучению: обычно исследователи во время Сна слишком заняты борьбой со своим физическим состоянием. И им не до изучения чего-либо.
— А приборы? Они ведь не подвержены действию вспышек? Тэнди обнажил в улыбке голубые зубы:
— Разве? Они регистрируют такие дикие вспышки волн, будто сами страдают эпилепсией. Может быть эти записи и имеют какую-либо ценность, но их значение до сих пор тайна.
Он помолчал, а затем продолжил:
— Хотя есть трое, кто мог бы все разъяснить. Но они не хотят.
Он вытянул руку:
— Вот эти.
Кэрмоди проследил взглядом направление, куда указывала рука Тэнди. В конце улицы находилась группа статуй из светлой бронзы: Богиня Бунт, защищала своего сына Иесса от второго сына, его брата-близнеца бога зла Алгули. Он был выполнен в виде отвратительного дракона.
— Они?..
— Да, они.
Кэрмоди усмехнулся:
— Ну уж не думал, что такой интеллигентный человек, как ты, способен исповедовать такую примитивную философию.
— Интеллигентность не имеет отношения к религии, — отпарировал Тэнди. Он опять склонился над девушкой, поднял ее веко, пощупал пульс. Одной рукой он снял колпак, другой описал круг.
— Она мертва.
Им пришлось задержаться еще на пятнадцать минут. Тэнди позвонил в госпиталь, и вскоре прибыл длинный локомобиль красного цвета. Водитель спрыгнул с высокого сиденья и сказал:
— Вам повезло. Это наш последний вызов. Через час мы ляжем спать.
Спустя три минуты красная машина рванула с места.
Потом, когда они уже шли по улице, Джон спросил:
— А кто выполняет обязанности пожарных, полицейских и врачей во время Сна?
— Нашим зданиям пожары не страшны. А что касается полиции, то во время Сна у нас нет Закона. Во всяком случае, в вашем понимании.
— А как насчет полицейского, который хочет излечиться?
— Я сказал, что закон на это время отменяется.
