Аська с трудом положила телефон, пытаясь понять, что нужно сейчас сделать. Наверное, позвонить в милицию…
«Ку-ку» раздалось так громко и неожиданно, что Аська подпрыгнула.
«Ваше желание исполнено».
И тут позвонили в дверь.
То есть это могла быть приехавшая наконец Гулька, или мог быть Стас, устроивший весёлый розыгрыш, или соседка сверху, потревоженная шумом, или сосед снизу, у которого опять капает с потолка, и Аська уже почти отперла дверь, но рука её почему-то повисла в двух сантиметрах от замка. От двери исходила опасность. Аська ощущала её как вибрацию. И вот с того мгновения, когда она уловила непонятное и осознала, что это опасность, никакая сила в мире не заставила бы её отпереть дверь.
Ещё раз позвонили, а потом она услышала, как в замке начинает проворачиваться ключ! Щёлк… щёлк… дзынь… и язычок защёлки сдвинулся.
Аська вцепилась обеими руками в маленький прочный стальной засов. Его никак не могли открыть снаружи, но она всё равно вцепилась и держала.
Дверь попробовали. Аська перестала дышать.
— Не понял, — глухо сказали за дверью.
В замке заскрежетало.
— Ключ-то тот? — спросил другой голос.
— А какой ещё может быть?
— А квартира?
— И квартира та. Вот смотри…
— Странно.
— Слушай. А вдруг хозяева дома?
— Сказали же, что нет.
— Ну, мало ли — сказали. Валим отсюда.
— Попробуй ещё.
— Ну вот — пробую. Вот.
Замок закрылся на все четыре оборота. Дверь толкнули. Потом замок открылся. Дверь снова толкнули.
— Понял? Изнутри закрыто.
— Понял. Ай, нехорошо…
Две секунды — и хлопнула дверь лифта.
Аська сползла на пол.
Сквозь сон потом ей мерещились звуки: визг тормозов, грохот сталкивающихся автомобилей, гвалт голосов и пальба. Но она не проснулась. И ещё сквозь сон Аська мучилась, что ничего не сделала по работе.
Ну не смогла!..
Утром, зашпаклевав как попало синяк и нацепив тёмные очки-стрекозы, Аська отвела Бу в садик и заявилась на службу.
Вряд ли вчера хоть кто-то заметил исчезновение солового со стоянки — зато сегодня все обратили внимание на его триумфальное возвращение. И на то, что Аську украсили боевые отметины. Таким образом, вся история обретала драматические и даже героические черты. Никто с прямыми вопросами не приставал, но поглядывали на Аську с надеждой — вдруг сама всё расскажет?
Уж чего-чего, а рассказывать Аське не хотелось.
Она разбудила комп и стала смотреть, что накопилось за вчера и сегодня. Не так много, разгребём…
«Ку-ку».
«Ваше желание будет исполнено в течение часа».
«Чего? Какое ещё желание?…»
Всё, что было вечером и ночью, помнилось как сквозь дым.
— Чебурахина!
«Фиг вам. Меня нет, меня нет…» Она как раз выходила из рабочей комнаты — попить кофейку и вообще — и возвращаться на зов не собиралась. Всё равно ничего хорошего из возвращения не получилось бы.
И ушла.
В закутке, который назывался столовой, стоял хороший кофейный автомат и шкаф, в котором сотрудники держали свои чашки и ложки. За шкафом было узкое пространство, где Аська спряталась, обняв свою чашку (с изображением жёлтого улыбчивого солнца).
Там её и нашли. Шаман и полузнакомая деваха из логистики.
— Во. — Шаман широким жестом представил Аську девахе и удалился.
— Ася, — сказала деваха, — меня зовут Вера, у меня девочке шесть лет…
В общем, Вера купила своей дочке путёвку в детский лагерь в Латвии, а девочка возьми и заболей. Так вот, не хочет ли Аська переоформить эту путёвку на своего сына — это и Вере будет выгодно (потому что иначе слишком много денег пропадёт), и Аське не так накладно… — Хорошо. — Аська записала в блокнотик даты и цены и куда и когда надо будет сходить с Верой. — А как называется?…
— «Хоббитания», — ответила Вера. — Это по этому… «Повелитель Колец»…
— Чебурахина, — сказал Грозный, глядя на неё подозрительно. — Ты где ходишь? — Пью, — честно призналась Аська. — В смысле, кофий. А что?
— Вот и я спрашиваю: что? Что ты натворила? Звонили из прокуратуры, интересуются. Придётся тебе к ним подъехать. За твой счёт, учти, часы эти не оплачиваются.
— Кто бы сомневался, — буркнула Аська.
— Вот, просили позвонить…
В прокуратуре сказали, что приедут сами. Скоро. Может быть, минут через сорок.
Она села за комп, и тут же пришла «аська». «МЫ исполнили три ваших желания. Теперь Вы должны выполнить три наших поручения. С Вами свяжется наш оператор»…
Звякнуло в кармане. Аська вытащила мобилку, нажала кнопку.
— Да?
— В ближайшее время вас попросят опознать труп, — сказали в телефоне. — Вы ни в коем случае не должны этого сделать.
И — тот, кто говорил, отключился.
Следователь прокуратуры был плотен и рыж. Такие, как он, играют в кино английских моряков. — Анна Владимировна? Меня зовут Пётр Сергеевич, фамилия Порфирьев. Я очень прошу вас не волноваться…
— Что-то с Бу… с сыном? — выговорила Аська.
— Нет-нет. Но… вы замужем?
— Формально — да.
— Ваш муж — Громыко Станислав Андреевич?
— Да. С ним что-то случилось?
— Случилось. Видите ли… Он погиб. То есть мы полагаем, что это был он.
— Не поняла.
— Ну… мы нашли его документы… в кармане. В общем, так: человека загрыз медведь.
— Стаса?
— Мы полагаем, что да. Скажите, на его теле есть какие-то особые приметы?
