По этой причине Чунь Дао Мин считал, что на Исаака Иванова нацелились по меньшей мере три человека.
Его расчеты не были ошибочными.
На другом конце приманки всегда находился рыбак, и было очень вероятно, что человек, который дал им информацию, был рыбаком.
Чунь Дао Мин был способен понять хотя бы это.
Конечно, были и различия.
— Эй, как ты думаешь, кто победит в драке между мной и Исааком Ивановым?
— Конечно, это будешь ты, Босс. Это его первый раз в трехэтажном подземелье. Было бы странно, если бы он мог сравниться с Боссом.
— Ладно, тогда давай сначала поймаем его, и не будем попусту волноваться.
Обычно люди с таким складом ума действовали бы без колебаний по сравнению с теми, кто тщательно обдумывал бы ситуацию.
— Мы выследим его и заберем товар, а если появятся другие ублюдки, то убьем и их.
В голосе Чунь Дао Мина не было и тени сомнения, когда он произносил эти слова. Но это не было высокомерием.
Это была уверенность в себе, основанная на неопровержимых доказательствах.
— Ну что ж, пойдем поможем с церемонией крещения. Мы покажем ему, насколько ужасными могут быть трехэтажные подземелья. В отличие от первого этажа, этот этаж нельзя зачистить внезапно.
Губы Чунь Дао Мина растянулись в улыбке.
В подземельях игроки нападают на других игроков гораздо чаще, чем думают нормальные люди.
Публика, конечно, назвала бы таких игроков сумасшедшими, психопатами-убийцами.
Однако среди игроков, которые нападали на других игроков, очень немногие из них действительно имели какие-либо психопатические тенденции или на самом деле наслаждались убийством.
Скорее, многие игроки делали это вполне осознанно и взвешенно.
И причина была проста.
— Как вы думаете, что произойдет, если перед вами окажется противник, у которого есть вещь, которая очень ценна в мире, где нет никаких юридических наказаний и где улики исчезают в тот момент, когда подземелье оказывается зачищено? Что, если ваша ценность и выживаемость в будущем резко возрастут, если вы получите этот предмет?
Оно того стоило.
Чунь Дао Мин был игроком, который знал этот факт лучше, чем кто-либо другой, особенно потому, что он сам делал это много раз раньше.
Рассказывать ему о Браслете Ван Гога и о том, что он находился в руках Исаака Иванова, было все равно что рассказывать тигру, который не ел целый месяц, что под горой лежит огромный кусок мяса.
Его сердце горело от желания поохотиться.
— Черт, почему он так глубоко?
Более того, путь Исаака Иванова тоже был не совсем обычным.
Если остальные игроки были в Америке, то Исаак Иванов был настолько далек от группы, что находился в острове Гуам.
Это не было коротким расстоянием, и по пути Чунь Дао Мин и его люди должны были постоянно отбиваться от монстров.
И делая это, пока они приближались, Чунь Дао Мин также должен был изо всех сил стараться оставаться как можно тише.
Поэтому ему потребовалось два часа, чтобы добраться до того места, где он находился, хотя если бы он побежал, это заняло бы от двадцати минут до часа.
Когда цель окажется в пределах досягаемости, терпение иссякнет.
Однако Чунь Дао Мин не бросился вперед, чтобы испортить всю свою тяжелую работу, потому что был нетерпелив.
— Как обстоят дела?
Услышав слова Чунь Дао Мина, подчиненный рядом с ним, поднес руку к левому глазу, как подзорную трубу, закрыл правый глаз и посмотрел в импровизированный монокль.
— Взор Сотни Ли.
Затем он немедленно активировал навык бесшумного охотника — Взор Сотни Ли.
Тогда группа Исаака Иванова, находившаяся в отдалении, стала куда четче.
— Кажется, они отдыхают.
— Сколько их вокруг него?
— Там семь скелетов и один товарищ по команде.
— А как насчет браслета?
— Прости. Мне не видно. Он в перчатках.
Чунь Дао Мин, который подтвердил ситуацию Исаака Иванова с помощью навыка, закрыл глаза.
Примерно через 10 минут со стороны Исаака Иванова произошло какое-то движение, и Чунь Дао Мин, заметив это, снова обратился к своему подчиненному.
— Как дела обстоят сейчас?
Подчиненный оценил ситуацию так же, как и несколько минут назад.
— Похоже, они готовятся к битве. Ах!
Затем мужчина воскликнул:
— Это браслет. Похоже на браслет.
При этих словах Чунь Дао Мин широко улыбнулся.
— Когда он вступит в бой, мы нанесем удар.
* * *
Когда лучше всего было атаковать другого игрока?
Излишне говорить, что это было, когда игрок находился в процессе битвы.
Не было лучшей возможности, которую можно было бы найти, так как игрок был бы сосредоточен и наполнен жаждой крови в результате сражения.
